Секс рассказы
    Sex.PornoText.ru — рассказы о сексе и эротические истории на любой вкус! Только лучшие рассказы и порно истории из реальной жизни. Вы можете опубликовать свой рассказ о сексе!
Рассказы по категориям
Название: Прошло уже тридцать лет...
Автор: Петя
Категория: Гомосексуалы
Добавлено: 20-08-2012
Оценка читателей: 5.45

      Прошло уже тридцать лет, а я до сих пор вижу его глаза, огромные и ясные голубые глаза Джорджа Доусона, его улыбку, которая всегда казалась мне чересчур смазливой, и слышу его заливистый смех. Я часто вспоминаю, как летом мы наперегонки мчались на стареньких велосипедах к большой про- точной реке, которая оставалась холодной даже в самый жаркий день. Там, побросав велосипеды, мы забирались на наше огромное старое дерево, и устроившись на самом удобном толстом суку, мы часа-ми сидели, рассказывая друг другу удивительные истории и делясь секретами. Сколько нам тогда было-десять, двенадцать? И не вспомнить уже. А наше дерево все стоит на том берегу, я был там недавно-нужно было о многом подумать, многое вспомнить. Я давно женился, уже старею потихоньку; моему старшему сыну столько же, сколько было тогда Джорджу (кстати, его и зовут так же). Я- Марк Олдфилд. Джордж был моим лучшим другом, и в память о нем я пишу эти страницы.
      ***
      Уроки в среду закончились позднее обычного, и теперь школьники нетерпеливо толкались в раздевалке, стремясь поскорее покинуть школу и заняться своими обычными делами. Кругом стоял невообразимый шум. Джордж неспеша одевался, глазея в окно на школьный двор, ярко залитый солнечным светом и наполненный щебетом высыпающей из дверей школы детворы. Строгие серые стены этого частного учебного заведения не казались такими унылыми теперь, когда вечернее солнце раскрасило их в нежно-розовые и золотисто-оранжевые тона, а весенний теплый ветер игриво шелестел в позолоченных солнцем кудрявых макушках гигантских вековых тополей и развесистых каштанов. Марк, уже одетый, подкрался, ткнул его в спину и крикнул : Эй, парень!Ну, ты идешь?
     -Иду, -ответил Джордж, на ходу застегивая курточку. Мальчики спешно вышли из школы, чтобы немного поболтать по дороге. Они собирались сегодня сгонять на велосипедах к реке, чтобы покормить рыжих проворных бельчат, которые всего лишь пару дней назад начали выбираться из гнезда, пока их пушистые родители занимались добычей пропитания. Джорджу безумно нравились их чрезвычайно милые, хитрые остренькие мордочки. Марк шел и пинал облезлым ботинком помятую жестяную банку от Кока-колы. Его мягкие волосы цвета спелой пшеницы выбивались из-под потертой синей бейсболки с эмблемой школьной футбольной команды.
     -Слушай, наша команда играет завтра с Честерз, приходи, посмотришь. - сказал Марк, и в его выразительных карих глазах блеснул озорной огонек. Он стремительно пнул банку под новенькие начищенные ботинки Джорджа так, что тот едва не упал. Марк подхватил своего друга за воротник куртки и, поставив на ноги и рассмеялся:
     -Ну когда ты, наконец, среагируешь хотя бы на одну подачу?Никогда не видел такого безнадежного растяпу, как ты. Ну что бы ты без меня делал?
     -По-крайней мере не растянулся бы не дороге. Ну не нравится мне твой футбол!Лучше бы ты в гольф играл или хорошую музыку слушал;-проворчал Джордж. Впрочем, он не сердился на Марка. Они шли домой по шумной широкой улице, изобилующей различными лавочками и магазинчиками и пестрящей рекламными вывесками, яркими зонтиками уличных кафе и манящими афишами кинотеатров. Марк любил останавливаться у таких афиш, на которых красовались страстные полуобнаженные красавицы в объятиях мужественных джентельменов, в большинстве своем жгучих усатых брюнетов. А Джордж больше предпочитал те, с которых на прохожих злобно скалился какой-нибудь бледный Дракула или чудовищная акула со следами человеческой крови на страшных зубах. Но спорить из-за вкусов им не приходилось, потому что тринадцатилетних оболтусов не пускали на взрослые фильмы. Правда, они все равно ухитрялись беспрепятственно смотреть большинство подобных новинок у Марка. После школы мальчишки постоянно торчали у него дома. Его родители вечно пропадали на работе, припрятав перед уходом все то, что не должно было попасть на глаза падкого на запретные плоды мальчишки. А Марк, притащив с собой после школы приятеля и отправив младшую сестренку к подружке, доставал из давно обнаруженного им тайника запретные кассеты и журналы, и, чрезвычайно довольный собой, спокойно смотрел в компании Джорджа на голых красавиц или на жуткие кровавые сцены. А потом они вдвоем складывали позаимствованные вещи в тайник, настолько точно распологая их в былой последовательности, что их искусству позавидовал бы любой детектив. Подобные фильмы их чрезвычайно забавляли. Это была их с Марком тайна. А потом Джорджу снились кошмары, и его родители все не могли понять, почему их спокойный, уравновешен- ный, благополучный мальчик частенько спит при включенном свете. Зато Марку все чаще снились сны совсем другого содержания. Подобное самообразование очень скоро принесло свои плоды-уже через год он вовсю увивался за девочками, а чаще они сами увивались за ним, потому что Марк был одним из лучших футболистов школы. Кроме того, он выглядел довольно развитым физически для четырнадцати лет, в отличае от Джорджа, который благодаря изиащному сложению, слишком смазливо- му для мальчишки лицу и огромным печальным голубым глазам, сияющим из-под отросших темных локонов, больше походил на девочку. Фильмы, которые они смотрели с Марком, он находил забавны- ми, но не более. Как и отношения с девочками. Марк по-дружески посмеивался над другом, считая, что он не дорос до девочек или просто стесняется их. И уж полное недоумение у него вызывали обиды Джорджа, если он отправлялся гулять с подружкой. "Ты, как собака на сене, ни себе, не людям!"- возмущался он, глядя на расстроенного чуть ли не до слез друга;"Сколько раз я предлагал тебе пойти на двойное свидание? Ты всегда отказываешься, а потом обижаешься!" Джордж и сам себя не понимал, он только чувствовал, что девочки ему совершенно безразличны и что он отчаяно ревнует к ним Марка, который стал таким красивым!Марк был самим совершенством в глазах Джорджа- прирожденный лидер, смелый, сильный, отчаяный, и... красивый!Он выглядел старше своих четырнадцати лет, в то время как Джорджу можно было дать не больше двенадцати. После тренировок, в душе, он все чаще завороженно смотрел, как Марк встряхивает мокрыми белокурыми волосами под прохладными упругими струйками душа; все чаще он не мог оторвать взгляда от загорелого тела с начавшими угадываться в его мальчишеской гибкой фигуре мускулами ;любовался его стройными ногами и... Джордж с ужасом понял, если Марка тянет к девочкам, то его тянет к Марку. Желание проснулось в нем, но не так, как у всех его сверстников. Он понял, что для него привлекательно только мужское тело и что он не иначе как влюблен в Марка. Вместо желания обладать женским телом он хотел, чтобы им обладали;он сам хотел принадлежать мужчине. Во всяком случае, он так чувствовал, и ничего не мог с собой поделать. Эти мысли шокировали и пугали его, а желание быть девочкой с каждым днем усиливалось, и вскорее он начал совершенно подсознательно, а затем и сознательно перенимать и копировать их поведение. И тогда Джордж понял, что он -самый настоящий гомосексуалист. Одна только мысль об этом казалась ему невыносимой- он боялся и думать о возможной реакции родителей, Марка, однокласников и всего мира на подобный факт. Джордж хорошо знал, как большинство людей относятся к геям. Но самым трудым было признать себя, Джорджа Доусона, извращенцем. "Как только все узнают, они навсегда вознинавидят меня, все. Я останусь один, наедине со своим горем. Уж лучше держать это за семью замками и никогда, никогда не снимать маску!"-думал Джордж, и его сердце разрывалось от боли и страха. Всеми силами он старался перебороть и скрыть свою порочную наклонность, которая наоборот, усиливалась с каждым днем. Особенно трудно ему было с Марком. Джордж больше не мог выносить его близости, его дружеских тычков и похлопываний, а еще хуже-его отношений с девочками. И тогда он стал избегать Марка. Марк, абсолютно теряясь в догадках, всеми силами старался выяснить, что происходит с другом, но тот постоянно отталкивал его и последнее время даже не желал видеть. Видя, что от его стараний Джорджу только хуже, Марк решил пока оставить его в покое. Так продолжалось довольно долго. До того дня, когда во время тренировки Джордж повредил ногу. Ему на помощь поспешил учитель, и Марк, который не спускал с него глаз всю игру. Осмотрев ногу, учитель сказал: -Что-то не нравится мне твоя нога, парень. Ну-ка, пошевели ей. Джордж попробовал сделать это, но боль была слишком сильной. Он сидел на скамейке и безразлично смотрел на поврежденную ногу. Марк стоял рядом и ждал указаний. - Марк, Джордж, одевайтесь и немедленно отправляйтесь к школьному врачу, пусть он осмотрит ногу. Мне нужно вернуться на поле. Когда учитель наконец удалился, Марк присел рядом с Джорджем. С минуту они оба молчали, не зная, с чего начать. Марк посмотрел на Джорджа, который уставился в пол и смущенно молчал. -Ты слышал?Пойдем-ка, парень, -решительно сказал Марк и помог Джорджу встать, дав ему руку. -Марк, по-моему не стоит, нога не болит;-попытался возразить Джордж. -А по-моему, ты едва идешь, и у тебя нет никакой необходимости обманывать меня. Какого черта ты чудишь?-разозлился Марк. Он буквально приволок Джорджа в душ и плюхнул на лавку. -Ну что с тобой происходит, Джордж?Неужели ты считаешь, что я такой дурак и не вижу, что с тобой что-то не так?Мы же лучшие друзья, Джордж!Ну почему ты мне не доверяешь?-сказал Марк, придви- нувшись нему. Джордж поднял глаза: -Я доверяю тебе, Марк. Ты мой лучший друг. Ты всегда был для меня лучшим... -Ну, тогда все в порядке. Сам решишь, когда рассказать. Подожди, дай я сам посмотрю-сказал Марк, устав допытываться. Он уселся на корточки перед другом и начал прощупывать повреждение. -У меня уже было что-то вроде этого год назад, я наложу тебе эластичный бинт, у меня есть с собой. -сказал Марк и почувствовал, как вздрогнул и напрягся Джордж от его прикосновения. -Ты чего это шарахаешься, как от чумы?-удивился он, внимательно посмотрел на друга, достал бинт и начал бинтовать ему ногу продолжая сосредоточенно наблюдать за Джорджем, который готов был сквозь землю провалиться от стыда. И вдруг голове Марка молнией промелькнула догадка. - А теперь ты можешь потихоньку ходить. Раздевайся и иди под душ!Ну, что ты на меня уставился?-скомандовал он. Джордж, как послушный ребенок, снял одежду и отправился под душ. -Ты чертовски смазливый, Джордж. Почему тебе не нравятся девчонки?; -спросил Марк и провел тыльной стороной ладони по животу друга, потом хлопнул его по ягодицам, почти уверенный в своей догадке. -Не трогай меня, не трогай, пожалуйста, Марк!-взмолился Джордж, едва не плача от стыда. Марк пристально посмотрел на Джорджа и, встретив горящий взгляд огромных голубых глаз, сказал: -Хорошо, я не буду, только не волнуйся. И, стащив влажную форму, совершенно обнаженный, встал под чуть теплые струи, нежно обвивающие его прекрасное тело. Джордж уже ничего не мог поделать с собой, и ему хотелось убежать, пусть даже таким вот голым и беспомощным;только бы он не увидел его позора! Он уже рванулся к двери, но Марк вдруг резко повернулся, в два прыжка догнал его, остановил, взяв за плечи и тихо спросил: -Ты можешь сказать мне, что с тобой происходит, Джордж? Скажи мне, я же твой друг и останусь им, что бы это не было, понимаешь? Джордж стоял, ослабший и дрожащий, опустив голову и спрятав глаза, которые застилали слезы и жгучий стыд. Марк опустил глаза и увидел то, что бедный Джордж так отчаянно старался скрыть. -Ты так и не скажешь мне правду, Джордж?Говори, черт возьми! Он пару раз встряхнул его, и, поняв, что ничего не добьется от парня, сказал: -Хорошо, тогда я сам скажу: ты гей. Ну конечно же, как же я раньше не догадался... Из глаз Джорджа брызнули слезы, и он, жалобно всхлипывая, сказал: -Я не мог сказать тебе об этом, не мог... Я и сам не знал!Ты.. ты теперь ненавидишь меня? -Ненавижу?За что?Ты дурак, Джордж, это не твоя вина! Джордж, я по-прежнему твой друг, слышишь?Я всегда буду твоим другом, ты должен знать. -говорил Марк, встряхивая всхлипывающего Джорджа. -Просто не говори об этом никому. Я никогда не делал ничего, ну, ты понимаешь.... -Разумеется. Успокойся. В общем-то, я не так уж удивлен тем, что... Ну, ты всегда был слишком смазливым, и потом, никаких отношений с девчонками, и... ну, все такое. Чего стоит один твой взгляд, когда я тебе ногу бинтовал!Слушай, Джордж, да на свете полно голубых, не один же тытаким уродился... В общем, не расстраивайся. Да брось ты рыдать!Это не конец, все наладится, поверь мне! Нога вскорее зажила. Влюбленность ушла так же незаметно, как и пришла. Марк хранил секрет и никогда больше не упоминал о том, что знает. Он остался для Джорджа очень близким другом, готовым прийти на помощь в любую минуту. Однажды вечером, возвращаясь от Марка, Джордж увидел гея, переодетого в женское платье. Он еще никогда не встречал настоящего гея. Этот человек- такой же, как я!-пронеслось в его голове, и Джордж незаметно последовал за ним, движимый любопытством. Долго идти не пришлось-пройдя всего пару улиц, гей вошел в дверь ночного клуба. Джордж не решился последовать дальше. Он только заглянул в переливающуюся неоновыми огнями витрину с осторожностью молодого зверька, почувствовавшего запах приманки. С тех пор он стал втайне наряжаться в женскую одежду и сам себя за это ненавидел. Джордж начал отпускать волосы, и никто этому не удивлялся, зная его одержимость современной музыкой, как и у большинства мальчиков его возраста, и не подозревая об истинной причине. Наряжаясь и глядя в зеркало на собственное отражение, он с удивлением обнаруживал, что его невозможно отличить от девчонки. В небольшой английский городок пришла солнечная и ветренная весна. У Марка появилась любимая девочка, с которой он проводил все время. Любовь была повсюду- на каждом шагу можно было встретить прогуливающиеся, держащиеся за руки и целующиеся влюбленные пары. Вся природа была пропитанна любовью-даже у каждого животного и птицы была своя пара. Глядя на пробуждение природы и на любовь, царившую повсюду, Джордж чувствовал себя изгоем, которого любовь всегда обходит стороной. Он так хотел любви, но не знал, где ее искать. Вообще-то знал. Но не был уверен, что найдет в подобном непристойном заведении свою половинку, а не партнера для секса. Он еще никогда не чувствовал себя настолько одиноким и несчастным, в одиночку влакущим тяжкий груз своей постыдной тайны. Жизнь в маске становилась невыносимой, и однажды вечером он ушел, чтобы найти то, в чем так нуждался.
      ***
      В тот апрельский вечер Джордж, как, обычно, надежно заперся в своей комнате, достал пакет с одеждой, и начал неторопливо одеваться. Все происходило, как будто в странном замедленном сне- он подошел к зеркалу, с замирающим сердцем нарядился в одежды, которые потрясающе подходили его голубым глазам. Последним штрихом были губная помада, тени и тушь, которые сделали его совершенно неотличимым от какой-нибудь очаровательной девчушки. Расчесав напоследок свои восхитительные темные локоны, Джордж незаметно выскользнул из дома. Ему вслед донесся голос матери, очевидно, с каким-то вопросом, но для мальчика это было уже неважно-он торопливо шел по той самой улице, по которой столько раз ходил в школу, но это было так давно... или вчера? Вечерний город переливался сотнями разноцветных пульсирующих огней проезжающих машин, мигающих светофоров и горящих мягким заманчивым светом витрин магазинов и ночных клубов. Наизусть выученные вывески и афиши мелькали в обратную сторону, как кадры прокручивающегося назад фильма. Уютно горели окошки домов благополучных горожан, которым и думать то не пристало о таких вещах, о которых сейчас думал стремительно удаляющийся от дома мальчик в наряде гомосексуалиста. Нет, лучше сейчас не думать, а постараться поскорее добраться до того самого ночного клуба. Джордж прибавил шагу-теперь он почти бежал. На повороте он увидел Сида, который остановился поболтать с другом. Сид учился в параллельном классе с Джорджем, и увидев его в подобном одеянии, он от неожиданности разинул рот и только через несколько секунд окликнул мальчика, но тот уже бежал в конце улицы и не слышал его. Когда наконец Джордж увидел пеструю неоновую вывеску ночного клуба, он остановился, чтобы перевести дыхание и немного унять бешенно колотящееся сердце, которое, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Джордж умирал от страха. Только сейчас он заметил, что весь дрожит. Из дверей заведения доносилась музыка и смеющиеся возбужденные голоса. Огни двигались, мимо стремительно проносились машины, а небо, усыпанное россыпью мерцающих звезд, будто качалось. Джордж еще никогда не видел столько звезд. Все это составляло какую-то странную вращающуюся ночную карусель, от которой Джорджа слегка подташнивало. На минуту все закружилось перед его глазами, он почувствовал слабость в ногах и ему показалось, что вот сейчас все погаснет ;но это ощущение быстро перегорело и его чувства еще более обострились. Он все еще в нерешительности топтался у порога клуба, бледный, испуганный и дрожащий, когда вдруг услышал осторожные шаги сзади. Джордж стремительно повернулся, взметнув поток блестящих вьющихся волос, и его взгляд встретился с мягким взглядом карих глаз человека, одетого в темно-серый элегантный костюм и легкий плащ. Он был очень красив, высок и широкоплеч, намного крупнее маленького хрупкого Джорджа. Он стоял и в упор смотрел на мальчика. Джордж перевел взгляд с лица незнакомца на роскошный черный Линкольн, ожидающий этого человека, и метнулся в сторону, чтобы уступить незнакомцу дорогу, но тот поймал холодную дрожащую ладошку мальчика. -Куда ты, малыш, подожди, не бойся;-ласково сказал он. -Я не причиню тебе вреда, обещаю. Тебя там ждут?-спросил незнакомец, кивнув на дверь клуба и не сводя с мальчика глаз. Джордж отрицательно помотал головой-он был слишком напуган, чтобы разговаривать. Мужчина уловил это. Он мягко коснулся нежной теплой щеки мальчика и приподнял его голову, заглядывая в его огромные голубые глаза, в которых, как в зеркале, отражалась какая-то невообразимая смесь- страх, страдание, чистота и невинность, а где-то в глубине всего этого затаившийся тлеющий огонек порочности. Взгляд незнакомца окинул с ног до головы это восхитительное создание- его изиащную хрупкую фигурку, нежное, детское, прекрасное личико мальчика с парой восхитительно красивых голубых глаз в обрамлении длинных черных ресниц, его роскошные густые локоны до плеч. -Да ты совсем ребенок... Как тебя зовут, дитя?-спросил он, совершенно очарованный его красотой, все еще продолжая держать маленькую изиащную ладошку. -Джордж. -сглотнув, прошептал мальчик, дрожа от переживаемого страха и нервного возбуждения. -Ты очень красив, Джордж. Почему ты дрожишь- ты боишься меня?-спросил незнакомец, склоняясь над ним. Джордж опять отрицательно покачал головой. -Но ты напуган. -сказал он, внимательно изучая взглядом мальчика. Кто привел тебя сюда, малыш? -Никто... - прошептал Джордж, глядя своими широко раскрытыми, почти синими глазами в красивые черные глаза незнакомца. -Ты кого-то ищешь?Своего друга?-допытывался он. Джордж, еле живой от страха, помотал головой. -Так ты... Ты пришел сюда один ?-понял наконец мужчина. Джордж кивнул. -Вот в чем дело... -задумался незнакомец. -Это не лучшее место для тебя, дитя. "Вижу, меня сюда сегодня сам Бог послал"; -сказал он про себя. -Меня зовут Дэвид. Хочешь поехать со мной? В ответ Джордж лишь взмахнул длинными ресницами- он испытывал к незнакомцу необъяснимое доверие- он был первым, кто понял все без слов. Дэвид обнял мальчика за плечи и повел к машине. Он усадил его на заднее сидение, сам сел рядом, прижал его к себе и роскошный Линкольн бесшумно тронулся с места. -Надеюсь, ты уже меньше напуган. Тебе нечего теперь бояться, все будет хорошо. Тебе понравится у меня, Джордж. Ты все еще дрожишь... Иди ко мне, маленький... Джордж благодарно уткнулся лицом в его пахнущую восхитительными духами рубашку. Дэвид осторожно приподнял подбородок мальчика и нежно поцеловал его в губы, чтобы хоть немного успокоить его и унять дрожь; и в этот момент Джордж вдруг осознал, что пути назад нет, он на пороге того, к чему так отчаянно стремился, и он обмяк и отдался в руки судьбе и Дэвиду. Когда они приехали, Джордж с удивлением обнаружил, что его привезли к настоящему замку. Дэвид открыл Джорджу дверь машины, которая сразу же отъехала, и повел в дом. Он держал его маленькую ладонь в своей, пока они поднимались по лестнице. Остальное Джордж помнил смутно-для него уже ничего не существовало, кроме умелых, сводящих с ума поцелуев, прикосновений и обьятий Дэвида. Джордж не заметил, как они оказались в спальне;он лишь помнил, как теплые, сильные руки положили его на огромную постель, как они осторожно снимали с него одежду... Дэвид неспеша снял рубашку, обнажая гладкую мускулистую грудь, потом избавился от брюк и остатков одежды, склонился над Джорджем, нежно поцеловал его в губы, и сказал: -Ты еще очень юн, Джордж. Ты уверен, что хочешь этого? -Да. -прошептал он.. Шепот Дэвида, его поцелуи, объятия, его сильное тело, которое прижимало Джорджа к прохладной гладкой простыне слились в какой-то сладостный поток, который уносил его к неизведанному прежде наслаждению. Потом Дэвид перевернул мальчика на живот, поддерживая его трепещущее, изиащное, хрупкое тело и лишил его девственности. Дэвид был чрезвычайно осторожен. Джорджу еще никогда не было так хорошо-ему казалось, что он вот-вот умрет от наслаждения, которое ему доставляют ласки Дэвида. Он пришел в себя уже в его обьятиях ; они лежали в постели, обнявшись;голова Джорджа с разметавшимися по подушке восхитительными локонами лежала на плече Дэвида. Одной рукой он зарылся в взмокших волосах Джорджа, поднес его лицо к своему и нежно поцеловал его в полураскрытые губы. -Ты совершенен, малыш ; но тебе достаточно для первого раза. -прошептал Дэвид. От пережитых волнений и потрясений Джордж был совсем без сил; он буквально отключался в руках Дэвида, который был без ума от своего прекрасного голубоглазого, длинноволосого юного любовника. "Боже мой, он же совсем дитя, я был у него первым!"- думал Дэвид. Он бережно укрыл одеялом свое спящее сокровище, и при мягком мерцающем свете ночника долго любовался красотой мальчика и длинными густыми ресницами, которые бросали дрожащую тень на его нежную теплую щеку. Джордж давно уже не спал таким счастливым, безмятежным сном; ему даже ничего не снилось. Ночью пошел дождь; шум барабанящих в окно капель и стремительно сбегающих по карнизам и водосточным трубам потоков воды действовал лучше любого снотворного. Медленно наступило серое, шумящее холодным проливным дождем утро. Джордж спал, уткнувшись лицом в подушку, совершенно обнаженный, его восхитительные темные локоны разметались. Дэвид не уставал любоваться своим малышом. Он безумно хотел его и с нетерпением ждал, когда Джордж проснется, но ожидание было слишком томительным. Он не смог удержаться от искушения -он хотел его немедленно. Сквозь сон Джордж ощутил сладостный прилив возбуждения -склонившийся над ним Дэвид осторожно и умело касался его нежной кожи, прекрасных аккуратных ягодиц. Джордж вздрогнул и проснулся, но только для того, чтобы целиком утонуть в наслаждении, извиваясь и плавясь, как воск под ласками Дэвида, уткнувшись пылающим лицом в подушку, раздавленный его сильным телом. Когда все кончилось, Дэвид приподнялся, облакотившись на локоть, повернул Джорджа, погладил по щеке, и, утопая в прекрасных глазах, сказал: -Ты ведь не покинешь меня, Джордж ?Ночь прошла, и я боюсь, что ты уйдешь, растворишься в дневном свете, как иллюзия. -Откуда ты появился в моей жизни, прекрасное дитя?Ты словно пришел из ниоткуда, и я боюсь, что ты уйдешь в никуда... -Мне очень хорошо с тобой; - ответил Джордж. Его нежное личико стало очень серьезным;-Я не хочу уходить, и не уйду, пока ты этого хочешь. -Я хочу, чтобы ты остался, малыш, хочу, чтобы ты был моим!- сказал Дэвид, зарывшись руками в волосах мальчика. -Я буду твоим, только скажи мне, что ты любишь меня, -попросил Джордж. -Я пришел, чтобы найти того, кто будет любить меня;-сказал Джордж, и в его глазах разом отразилась вся та боль одиночества, страха и страданий, которые ему пришлось пережить. -Мой бедный малыш, ты даже не представляешь, какую любовь ты бы нашел в том злачном кабаке, не окажись я на твоем пути. Лучше тебе об этом не знать. Вчера ты был таким потерянным, испуганным и дрожащим, будто упал со звезд;-сказал Дэвид, нежно очерчивая пальцем губы Джорджа;- Ты прекрасен, само совершенство. Ты даже не осознаешь, какой силой обладаешь. Я буду заботиться о тебе и дам тебе гораздо большую любовь, чем та, которую ты ищешь. Очень скоро ты сам это поймешь. -сказал Дэвид и поцеловал его. Потом он отвел Джорджа в душ, а сам отправился готовить завтрак. Заваривая кофе, он задумался о своем восхитительном малыше. Своем? Мальчик такой ухоженный, его манера говорить и вести себя выдает прекрасное воспитание и хорошее, благородное происхождение. Он был абсолютно чист и невинен до вчерашней ночи. Наверняка он сбежал из дома, и родители его уже хватились. В этот момент Джордж появился в дверях, завернутый в полотенце, с влажными черными кудряшками, спадающими на точеные плечи, подчеркивающими белизну его нежной кожи. При рассеяном свете дождливого утра его прекрасные глаза казались синими. -Джордж, заходи и садись завтракать, малыш, все готово. Что предпочитаешь-кофе, фрукты, тосты, ветчина, сыр, яйца? -А можно горячий шоколад?И тосты. -весело сказал Джордж, усевшись за стол и совсем по-детски подобрав под себя ноги. -Конечно. -улыбнулся Дэвид, усаживаясь напротив мальчика, который уже грыз большое красное яблоко. Он выглядел абсолютно счастливым и веселым, от его вчерашних страхов и волнений не осталось и следа, и Дэвид решил осторожно попробовать распросить его, чтобы случайно не ранить его чувств. -Ты ничего не расскажешь мне о себе?-спросил он отвлеченно. -А что бы ты хотел знать обо мне?-Джордж внимательно посмотрел в добрые черные глаза Дэвида. -Все. Ну, например, сколько тебе лет?. -Угадай!-хитро улыбаясь, сказал Джордж. -Хорошо. Тринадцать?Четырнадцать?Сколько? -Пятнадцать. -уточнил Джордж. -Я не собираюсь ничего скрывать, можешь спрашивать меня, о чем хочешь. Я просто не думал, что тебе это интересно. -сказал он спокойно, продолжая трапезу. -Я подозреваю, что ты сбежал из дома. -предположил Дэвид, поправляя его сползающее полотенце. -Совершенно верно;-спокойно ответил Джордж. -Когда я понял, что я-гей... Это было ужасно, я был одинок и просто не знал, что делать и как жить дальше, и ушел, чтобы найти человека, который сможет понять и полюбить меня. Я видел геев только в одном клубе, поэтому и отправился туда. Если уж говорить честно, я очень боялся, как никогда раньше. Дальше ты все знаешь- я встретил тебя, и ты увез меня оттуда. Мне было очень хорошо с тобой вчера ночью, сегодня утром, и сейчас. -сказал Джордж, взмахивая длинными черными ресницами и гоняя в голубой фарворовой чашке остатки шоколада. Дэвид приподнял его подбородок и поцеловал его губы, восхитительно пахнущие шоколадом и яблоками. Он почувствовал, как сбилось его дыхание и напряглось прекрасное гибкое тело, откликаясь на поцелуй; полотенце соскользнуло на пол, обнажая изиащную фигуру, но Дэвид разомкнул губы, поднял полотенце и, посадив удивленного и немного разочарованного Джорджа на колени и бережно заворачивая его обратно, сказал с улыбкой: -Ты вспыхиваешь, как порох, дорогой мой. Не сейчас, оставим это до вечера. Ты еще совсем дитя, так ты быстро истощишь свои силы - на занятие любовью уходит много сил. Вчера ты буквально отклю- чился в моих руках, сегодня так не будет. Постепенно я сделаю из тебя совершенного любовника, тебе не будет равных, у тебя есть все для этого, кроме терпения. Весь день Джордж выглядел вполне счастливым, и, казалось, предпочитал не думать о том, какой переполох дома вызвало его внезапное исчезновение. На самом деле, эти мысли сводили его с ума, заставляя мучаться представлениями о страданиях несчасастных родителей. "Они возненавидят меня, когда узнают, что я-гей... "-думал с ужасом Джордж. О возвращении домой не могло быть и речи. Дэвид тоже не переставал думать об этой проблеме. Он прекрасно осознавал всю серьезность их положения, но не решался давить на мальчика. Опасения Дэвида были не напрасны. В семье Доусонов исчезновение Джорджа было воспринято, как ужасная трагедия. Родители ждали его до позднего вечера. В ту же ночь мать подняла истерику, не дождавшись всегда такого спокойного, благополучного мальчика домой. Она была уверена, что с Джорджем случилось что-то ужасное. -Боже мой, Эллиот, это совсем не похоже на нашего сына!Я не знаю, что и думать!Может быть, его сбила машина... - плакала она, обнимая мужа. -Не смей так говорить, Бриджит !Завтра мальчишка вернется домой, и я устрою ему хорошую взбучку;-успокаивал ее муж, как только мог, хотя его сердце разрывалось от тревоги за сына. Все больницы города были немедленно обзвонены. Они едва дождались утра, и после бессонной ночи бросились повсюду разыскивать любимое чадо. В первую очередь они распросили Марка, но тот ничего не знал, как и остальные ребята. Насмерть перепуганные родители три дня не расставались с надеждой, что Джордж вот вот постучит в дверь, и на четвертый день побежали в полицию. Бесстрастные полицейские, казалось, были нимало не удивлены. Успокойтесь, миссис Доусон, сотни мальчишек каждый день убегают из дома. У нас вся полиция заваленна такими делами. Скорее всего, парнишке просто надоела благополучная жизнь, и он отправился на поиски приключений; знаете, как это бывает... На следующий день полицейские собрали в участке всех, кто видел Джорджа в тот день, когда он исчез. Долго выспрашивать не пришлось- Сид Джонсон рассказал, смущаясь и краснея, что видел его поздним вечером, бегущим по направлению к клубу, где собираются всякие гнусные типы, такие, как геи и жулики. Немного помолчави помявшись, пряча глаза от испепеляющего взгляда Марка, он добавил: -Джордж... Он..., ну, это, в наряде был... -В каком еще наряде?-изумился отец виновника собрания, нервничая, готовый схватить нелепо мямлющего Сида и вытрясти из него правду. У обоих полицейских, слушавших показания мальчишки был такой вид, как будто им сто двадцать первый раз рассказывают таблицу умножения, но они продолжали терпеливо слушать из уважения к измученным, находящимся на грани срыва родителям парня. -Продолжай;- бесстрастно поторопил один из полицейских. -Ну, в наряде... Гомик он !Голубой, в общем... Выпалил наконец Сид и опустил глаза. Эллиота как обухом по голове стукнули, он без сил опустился на стул и схватился за сердце. -Нет, не может быть, это не может быть правдой!-в ужасе воскликнула мать. Один из полицейских дал мальчишкам знак уходить. Они, притихшие, словно немного виноватые, разбрелись по домам. А Марк стоял за дверью до конца, внимательно прислушиваясь к каждому слову, доносившимемуся из-за тяжелой холодной двери полицейского участка. Его сердце разрывалось от жалости к безутешным родителям и тяжести от того, что он не может рассказать им всю правду. Прогуливаясь в тот вечер с подружкой, он видел, как Джордж уехал с одним человеком. Марк помнил его до мелочей, и по его описанию полиция разыскала бы беглеца. Но он знал, что не нарушит слова, данного однажды другу. Он чувствовал, что так будет лучше для Джорджа. Возможно, он не будет больше таким несчастным-рассуждал Марк, стоя за дверью и затаив дыхание. "Все равно он однажды уйдет. "-подумал он. -Мне очень жаль, мистер Доусон. К сожалению, помочь в таких случаях полиция просто не в состоянии. Конечно, мы разыщем парня, но он снова сбежит, поверьте мне, я имел дело с подобными случаями. От этого нет лекарств, ни одно самое строгое наказание не подействует. Я не советую силой заставлять его вернуться; боюсь, это ухудшит положение. Но если вы требуете... Этот разговор продолжался долго, но Марк ждал до конца, и скрылся незамеченным.
      ***
      Утром следующего дня, сразу после завтрака Дэвид сказал: -А сейчас у нас есть кое-какие дела. Прежде всего, мне нужно сделать несколько звонков. Ты можешь пока побродить по дому и найти себе какое-нибудь занятие. Возможно, мне придется съездить на звукозаписывающую студию, и я не желаю оставлять тебя одного, поедем вместе. -Студия? Ты как-то связан с шоу-бизнесом?-оживился Джордж. -Это моя студия, малыш.. Я продюссер и сейчас я работаю с несколькими музыкантами. Сегодня у нас запланированна работа в студии, -объяснил Дэвид. -Боже мой!Дэвид, это невероятно!И ты знаешь разных известных музыкантов?-заерзал мальчик. -Я с ними работаю, Джордж. А ты интересуешься музыкой?-поднял брови Дэвид. -Когда нибудь у меня будет своя группа. -сказал Джордж уверенно. -Вполне возможно, но не раньше, чем ты закончишь школу. Но об этом мы позже поговорим. Возьми в гардеробе что-нибудь из одежды, мы сегодня заедем в магазин и купим все, что нужно. - сказал Дэвид, расправляя локон Джорджа. -Мне гораздо больше нравится, когда ты переодет в девочку; кстати, ты чертовски красивая девчушка, я едва разобрал, что передо мной мальчик. Сегодня, когда мы будем возвращаться из студии, я непременно куплю тебе что-то достойное тебя. -сказал Дэвид, и добавил: -Роскошные волосы!Как только у людей получаются столь совершенные, неземные создания? Ровно в два за ними приехал тот самый Линкольн. Дэвид открыл Джорджу дверь, сел рядом и захлопнул ее. Машина плавно двинулась, тихонько зашуршав колесами. Джордж задумчиво смотрел в окно. За затемненным стеклом мелькали сначала незнакомые, а потом совсем родные, исследованные вдоль и поперек улицы. Дэвид обнимал мальчика за плечи. За окном показалась школа Джорджа, множество детей заходили и выходили из ее дверей. Джордж метнулся к стеклу: -Дэвид, посмотри, это моя школа... -Это очень хорошая школа, так ведь, малыш?-провожая здание взглядом, спросил Дэвид. -Да. Родители платят целое состояние за мое обучение там. -ответил Джордж, поникнув. -Ты очень скоро продолжишь учиться, Джордж, обещаю тебе. Считай, что у тебя небольшие каникулы. -сказал Дэвид, снова притянув к себе мальчика. -Значит, ты живешь где-то неподалеку отсюда? Покажи мне твой дом, если будем проезжать мимо него. -Сейчас будет, как раз за поворотом слева. Вот он!-кивнул на него головой Джордж на большой, безупречный, аккуратный дом из белого кирпича, огороженный изиащной высокой металлической изгородью, окруженный цветущими плодовыми деревьями. -Замечательный дом, Джордж. Должно быть, у тебя прекрасные родители. -сказал Дэвид. -Да, у меня лучшие родители в мире. -вздохнул мальчик. -Я ужасно поступил с ними... -Знаешь, Джордж, позвони им сегодня. Они, наверняка разыскивают тебя повсюду и сходят с ума от волнения. Пообещай мне, что сделаешь это. -попросил Дэвид. -Конечно. Позвоню им вечером, хотя и не знаю, что сказать. -пообещал Джордж. -Об этом не волнуйся, слова сами придут. Много лет назад я сделал то же самое-убежал из дома. -Правда?-Джордж удивленно взмахнул ресницами, посмотрев в глаза Дэвиду. -Правда. Когда-нибудь я расскажу тебе об этом. -улыбнулся он. Весь оставшийся путь они весело болтали. Дэвид рассказывал Джорджу, с какаими музыкантами он лично знаком и с какими работал. Приехав на студию, где Дэвида уже ожидала группа музыкантов, оживленно суетящихся по огромной комнате, напичканной самой разной аппаратурой и инструментами, он поприветствовал присутствующих и тихонько сказал Джорджу: -Я постараюсь закончить с ними пораньше, посиди вон там, пока я буду с ними работать. Понаблю- дай, чего стоит популярность, раз ты тоже хочешь стать музыкантом. -Конечно!-обрадовался Джордж. Он удобно устроился в уголке на огромной перевернутой колонке. Как зачарованный он наблюдал за работой, переодически прерываемой окриками Дэвида, которому постоянно что-то не нравилось, и он заставлял парней все переигрывать: -Стоп, стоп!Хватит!Майк, ты вышел из такта. Лоренс, ты звучишь здесь слишком жестко. Начинаем заново, второй куплет, со слов... Незаметно пролетели два часа;наконец Дэвид крикнул :Все, перерыв на двадцать минут! Уставшие музы- канты уселись выпить горячего кофе, а Дэвид, закурив, подошел к Джорджу и сел рядом с ним. -Устал, малыш? -спросил он, обняв мальчика одной рукой и ласково заглядывая в его прекрасные глаза. -Что ты, мне здесь ужасно нравится. -ответил мальчик. -Эй, Дэйв, иди к нам и веди сюда парнишку, он уже добрую пару часов торчит в углу, -позвал бородатый ударник по имени Стюарт. Дэвид взял в свою руку теплую ладошку Джорджа и они пошли к оживленно болтающей за кофе компании. -Здравствуй, приятель!-сказал Стюарт Джорджу, подвигая ему стул. -Как жизнь? -Хорошо!-ответил Джордж, усаживаясь. -Это Джордж. -представил его Дэвид, присаживаясь рядом. -Он мой юный друг и ваш будущий коллега. Сегодня он знакомился с тем, как работают в студии. Джордж, это Майк, Лоренс, Стюарт и Кен. -А чем ты занимаешься, парень?Что делать-то умеешь?-спросил Майк, подавая Джорджу чашку. -Пока учусь в школе. -ответил Джордж. -Могу быть клавишником или вокалистом. -Серьезно?Ну- ка, покажи, на что ты способен, Джордж -подал голос Кен. -Вон там синтезатор-кивнул он. -Сейчас?-удивился Джордж. -Конечно, давай, малыш, покажи им!- подбодрил его Дэвид. -Хорошо.. Когда Джордж закончил, Кен первым подал голос: -Просто класс!Эй, ребята, держу пари, этот парнишка через пару лет начнет отнимать у нас хлеб! -А может быть, мы прямо сейчас заменим тебя, Кенни, на малыша Джорджа?-рассмеялся Стюарт, и дружески похлопав по плечу мальчика, который был чрезвычайно доволен собой, сказал: -Продолжай работать, Джордж, и, вполне возможно, ты добьешся успеха. И еще- у тебя прекрасные вокальные данные, обрати на это внимание. Советую тебе на будущее стать вокалистом и поискать хороших талантливых ребят для группы. Поиграете, напишете что-нибудь грандиозное, а дальше Дэйв вас спродюссирует. -Не забивай мальчику голову раньше времени, Стюарт. -Пусть еще подрастет, всему свое время. -сказал Дэвид, глядя на свое чертовски соблазнительное сокровище, сидящее напротив, с его восхитительными голубыми глазами и прекрасными длинными локонами, и... -А теперь работаем. Закончим сегодня пораньше. -сказал он, и все вернулись к работе. Меньше, чем через час Дэвид отпустил музыкантов и они с Джорджем покинули студию. Линкольн отвез их в маленький уютный ресторанчик, где они прекрасно поужинали. Дэвид был совершенно очарован своим юным любовником, а Джордж чувствовал себя на седьмом небе от счастья. По дороге домой они посетили несколько шикарных дорогих магазинов и накупили горы самой разной одежды для Джорджа и огромное количество всякой всячины, начиная с новейших видеоигр и видеокассет и заканчивая жевательной резинкой. -Дэвид, по-моему, мы увлеклись, даже слишком!Ты сейчас потратишь все свое состояние!-испугался Джордж, когда наконец сбился со счета нарядов, купленных Дэвидом. - Моему состоянию ты не грозишь. Я собираюсь баловать тебя, мой малыш. -успокоил он мальчика и провел рукой по его мягким волосам. -Я дам тебе все - любовь, заботу, прекрасное образование, карьеру; буду исполнять любое твое желание. Взамен мне нужен ты- целиком и полностью, а также послушание и абсолютная честность с твоей стороны. Тебе подходят мои условия?-спросил Дэвид, подтолкнув мальчика к выходу и взяв его руку в свою. -Я хочу только твоей любви ;-ответил Джордж. Вечером, сидя в уютной гостинной без света, наслаждаясь потрескиванием ярко горящего камина Дэвид наблюдал за тем, как Джордж увлеченно изучает буклет какого-то диска, сидя на на полу у самого огня, в одних шортиках и расстегнутой рубашке. Его изащный благородный профиль рисовался на фоне пламени, выдавая каждый взмах длинных ресниц, малейшее движение нежных полураскрытых губ, каждый легкий вздох. По его прекрасному юному телу и длинным, стройным ногам скользили матовые огненные блики ;в восхитительных темных локонах играли золотые искры. Дэвид долго наслаждался созерцанием столь прелестной картины, погрузившись в раздумья, потом наконец позвал Джорджа. Тот с готовностью вскинул опущенную голову, и взгляд Дэвида встретил пару горящих глаз. Дэвид сказал: -Ты так потрясающе красив, Джордж!Ты сводишь меня с ума. Я собираюсь научить тебя одной замечательной... вещице перед тем, как мы займемся любовью;тебе понравится, ангел мой. Я вообще многому собираюсь тебя научить. Ты ведь хочешь этого? -Да!-ответил Джордж взволнованно, начиная понимать, что Дэвид затеял какую-то потрясающую сексуальную игру. -Превосходно. Тебе это понравится, дорогой мой. Знаешь, что самое приятное в одежде?Это возможность ее снимать!-улыбнулся он. В его черных глазах горели отблески огня. Дэвид подошел и опустился на ковер рядом с замершим от волнения Джорджем. Он медленно снял с него рубашку, потом шорты, оставив Джорджа совершенно обнаженным. Руки Дэвида, горячие и сильные, касались его тела так, что Джордж едва справлялся с захлестнувшей его волной желания. Он уже не понимал, что его умелый искушенный любовник с ним делает. Но Дэвид был непреклонен- он не разрешал ему отдаться этой волне и заставлял бороться с желанием, говоря : - Тебе нравится? Хорошо. Не торопись, малыш, мы только начали. Ну, ну, ангел мой, это всего лишь ласки!Ты не испытаешьнастоящего наслаждения, пока не научишься выдерживать любовную игру, прелюдию к сексу. Он не не минуту не желал остановиться, продолжая игру с одеждой, лаская его и заставляя Джорджа пылать и трепетать в его руках. Видя, что он весь дрожит и понимая, что он сам не справится, Дэвид на несколько секунд убрал руки, и сразу же продолжил. Но действие возымело обратный эффект- через считанные секунды он забился в его руках. Дэвид успел подхватить и прижать его к себе, чтобы это произошло хотя бы в его объятиях. Крепко сжимая ослабевшего и пристыженного Джорджа, он сказал: -Мой бедный малыш!Прости меня!Все в порядке, просто я немного не расчитал твои силы. Ты гиперсексуален, ангел мой; вспыхиваешь мгновенно и тут же теряешь всякий контроль. Поверь мне, немногие обладают подобным даром, тебе нужно только научиться пользоваться и управлять им. Ты уже сейчас прекрасный любовник, но я хочу, чтобы ты достиг абсолютного совершенства. У нас впереди множество прекрасных ночей, и ты постепенно все постигнешь. -Я люблю тебя, Дэвид... -прошептал Джордж. Дэвид нежно поцеловал Джорджа в полураскрытые губы и сказал: -Я тоже люблю тебя, ангел мой. Не волнуйся, когда ты немного придешь в себя, мы отправимся в спальню, у нас впереди еще целая ночь. -Сейчас, подождем еще немного, -прошептал Джордж, уткнувшись лицом в рубашку Дэвида, вдыхая чудесный горький запах его духов. Он все еще немного дрожал. Голова Джорджа лежала на груди Дэвида, сквозь опущенные ресницы он задумчиво смотрел на огонь, и в его глазах из самого синего льда плясали отблески пламени. -Подождем столько, сколько нужно, дорогой мой. Нам некуда торопиться. -ответил Дэвид, зарываясь ладонью в взмокших волосах мальчика. Так они сидели несколько минут, обнявшись и прислушиваясь к потрескиванию камина, пока Джордж не вернулся в норму. Решив, что на сегодня достаточно экспериментов, Дэвид на руках отнес мальчика в постель. Они занимались любовью, потом болтали и смотрели фильмы до тех пор, пока Джордж не заснул. Выключая свет, Дэвид подумал о том, что мальчик даже не вспомнил о своем намерении позвонить родителям. И Дэвид не стал напоминать ему, решив, что он сам решит, когда это лучше сделать. Джордж позвонил родителям только через несколько недель. После завтрака, когда Дэвид лениво переключал кнопки пульта телевизора, развалившись на диване, он заметил, как Джордж напряженно замер, набрав телефонный номер. Он сидел в большом кресле, подобрав под себя ноги, устроив телефон на голых коленках и нервно теребя провод. Дэвид приглушил звук. -Марк... Это ты?-тихо спросил Джордж. - Джордж!Черт побери, где ты шляешься?!-услышал он приглушенный взволнованный голос Марка. -Марк, не беспокойся, у меня все отлично. Я нашел то, что искал. -Ты сумашедший, Джордж !Ты даже не представляешь, что ты сделал со своими родителями!Их обоих едва удар не хватил, когда они узнали, что ты голубой !-воскликнул Марк. -Ты рассказал им ?-без удивления спросил Джордж. -Конечно нет!Твои предки повсюду разыскивали тебя, и когда ты не вернулся на третий день, они побежали в полицию. Копы выспрашивали меня и еще пару ребят, которые видели тебя в тот день день. Джордж побледнел, а Марк продолжал: -Я сказал, что расстался с тобой у твоего дома после школы, и больше тебя не видел. Я лгал полиции, потому что мы с Полиной видели тебя, Джордж, у ночного клуба, переодетого девкой. И тебя лапал какой-то здоровенный мужик. Потом вы сели в его крутую тачку и укатили. Даже я был в шоке!Он что, трахает тебя? -Так что произошло в полиции?-перебил Джордж, обменявшись взглядом с Дэвидом. -Сид тоже видел тебя. Он-то все и выложил. Твоему отцу стало плохо с сердцем... -Боже мой, бедный папа!-прошептал Джордж. -И знаешь, что меня поразило- они не стали меньше любить тебя. Твой отец кричал, что ты еще несовершеннолетний; ребенок не может отвечать за себя, и требовал, чтобы тебя немедленно начали искать и вернули домой. Но твоим родителям сказали, что им лучше подождать несколько дней, пока ты сам вернешься. Вернись, пока они не возбудили уголовное дело. -закончил наконец Марк. -Слушай, Марк. Можно попросить тебя об одолжении-позвони моим родителям и предупреди, что я позвоню им сегодня вечером. Также скажи им, что я их очень люблю и что со мной все впорядке. Остальное я скажу им сам. Сделаешь? -О чем речь!Об отом не беспокойся. -Хорошо. Тогда пока, Марк. Спасибо за все. Я еще позвоню тебе. -сказал Джордж и повесил трубку. Дэвид молча смотрел на своего маленького Джорджа, который сидел теперь задумчивый, отрешенный и потерянный; он подошел, присел перед ним на корточки и взял его маленькую ладошку в свои руки. -Что произошло дома, Джордж?-спросил Дэвид, заглядывая в огромные голубые глаза, в которых дрожали слезы. -Все отвратительно, Дэвид!Моим родителям очень плохо, у отца даже был приступ. -всхлипнул Джордж. -Маленький мой... -Дэвид нежно обнял его и прижал к груди. -Скажи мне, Дэвид, может быть, я болен?Почему я не такой, как все?За что моей семье такой выродок, скажи мне, Дэвид? -заплакал Джордж. - Никогда, слышишь, никогда не смей так думать!-воскликнул Дэвид, прижимая к груди своего всхлипывающего малыша; -Ты самое прелестное и самое совершенное создание, которое я когда-либо видел за свою жизнь;совершенно неземное, загадочное. Посмотри на себя, Джордж -ты создан для любви!Любовь необъятна, как вселенная- в ней можно встретить самые разные формы жизни, многие из них гораздо более прекасны и совершенны, чем люди. Любовь -это метаморфозы, эдакая органическая абстрактная субстанция. Мы никогда не можем сказать наверняка, где она началась и где кончилась, и во что она перейдет. К сожалению, любовь в глазах большинства людей ограниченна, они не видят дальше этих границ, как рыбы, плавающие в своем аквариуме не подозревают о существовании океана. Для них ты -инопланетянин, они тебя просто не понимают. Они видят очень красивого мальчика, который думает и чувствует не так, как они, и стараются изменить тебя, заставить тебя играть роль по написанному для тебя сценарию. И их нельзя винить за это- ведь они не умеют отличить голубую любовь, как и розовую, от безразличной, бесполой грязной похоти. Но зато они закрывают глаза на секс ради бизнеса и денег, проституцию... Так какой-нибудь жирный сальный боров, покупающий секс у дешевой грязной шлюхи назовет меня извращенцем за то, что я люблю прекрасного мальчика. Так благополучные в глазах общества семьи, женившиеся по расчету и изменяющие друг другу направо и налево назовут извращенцем того самого мальчика, чувства которого чисты и искренни и которому они в подметки не годятся со всем своим лживым благополучием. И если уж мы говорим о любви, то еще неизвестно, кто извращенец. Понимаешь, о чем я говорю, ангел мой ? -Да. -всхлипнул мальчик. Дэвид вынул из кармана платок, отодвинул мягкие локоны с лица Джорджа, осторожно вытер его слезы и добавил: -Послушай меня, Джордж, это никогда и не для кого не было легко. Тебе придется бороться ;плыть или утонуть. Я люблю тебя и всегда буду рядом с тобой, защищать и оберегать тебя от дождя и ветра, от слез и боли. -сказал Дэвид, и поцеловал мокрого от слез Джорджа с затылок, славно пахнущий абрико- совым шампунем. Время пошло для них каким-то совершенно новым ходом. Дэвид забыл обо всем на свете, совершенно очарованный маленьким беглецом. Он с упоением наблюдал за Джорджем, как тот спал, похожий на спустившегося на землю ангела, заливисто смеялся, ел, или смотрел на огонь камина, растянувшись прямо на полу, как гибкий игривый молодой котенок. Дэвид любовался своим малышом и готов был голову дать на отсечение, что убьет первого, кто попытается отобрать его сокровище. После нелегкого объяснения с родителями, которые сначала умоляли, потом требовали от Джорджа вернуться домой или хотя бы взять на всякий случай денег, мальчик был печальным и подавленным, несмотря на постоянное внимание и заботу Дэвида. Он стал очень плохо есть, и даже столь любимые им поездки на студию не делали его достаточно счастливым. И только во время любовных игр он становился прежним, пылая в сильных руках Дэвида и с восторгом принимая новые уроки своего любящего наставника. Так продолжалось несколько недель и стало главной головной болью Дэвида. Даже подыскать подходящих преподавателей для Джорджа и договориться с каждым из них о начале занятий на дому было более легкой задачей, чем избавить чувствительного и впечатлительного мальчика от мучительного чувства вины перед родителями. Дэвид делал все, что мог, заваливая своего малыша подарками и всячески стараясь развлечь его. Наконец, несколько раз застав мальчика глубокой ночью без сна при выключенном свете он всерьез испугался за свое сокровище и связался с опытным психологом. Отправляясь на встречу с доктором, Дэвид не представлял себе, как он сможет рассказать ему об отношениях между ним и пятнадцатилетним мальчиком, которому дашь от силы тринадцать. Тем не менее он был полон решимости сделать что угодно, лишь бы избавить Джорджа от психологической травмы, нанесенной ему любящими родственниками Доктор был явно шокирован их отношениями, но посоветовал как можно скорее сменить обстановку, чтобы дать мальчику возможность отдохнуть и отвлечься. Действия Дэвида в сложивщейся ситуации он оценил как самые верные. Уже через несколько дней, после очередного обеда в их любимом тихом ресторанчике, переведя взгляд с почти не тронутой тарелки Джорджа на него самого, Дэвид спросил: -Ты когда нибудь видел океан, малыш? -Нет. Я был только во Франции. Но я знаю, что океан прекрасен!-ответил он; при этом глаза его вспыхнули. -Как и твои глаза, дорогой мой. А что ты скажешь на то, что послезавтра мы отправляемся на Гаваи? -Дэвид! Мы едем на Гаваи?Ты шутишь!-воскликнул мальчик, просияв. -А вот и нет, нам обоим не повредит отдых. -сказал Дэвид, довольный реакцией своего юного друга. Уже через несколько дней отдыха на Гаваях дела пошли на поправку. Дэвид не мог припомнить более замечательного отпуска в своей жизни. Джордж просто влюбился в океан- он часами не вылезал из воды, с удовольствием грелся на солнышке рядом с Дэвидом и с интересом пробовал местные дели- катессы. Правда, очень скоро они ему чрезвычайно надоели, и он соскучился но привычной пище, о чем он и сообщил Дэвиду, плюхнувшись рядом с ним на песок, мокрый и довольный. Они бродили по городу, разглядывая местные достопримечательности и скупая множество самых разных безделушек. Особенно Джорджу нравилось прогуливаться по пляжу, любуясь закатом, когда дышащий, лениво играющий шаловливыми волнами океан казался совсем синим, а закатное небо, охваченое пламенем заходящего солнечного диска, было похоже на гигантскую размытую палитру. Дэвид любил наблюдать за Джорджем в такие минуты, стоящим на фоне пламенеющего пейзажа, и прислушиваю- щимся к монотонным чарующим звукам океана - очевидно, он слышал в них какую-то одному ему понятную музыку. Ветер играл его длинными темными локонами, обдавая своим горячим дыханием и прохладными брызгами его прекрасное обнаженное тело, а восхитительные глаза Джорджа казались абсолютно синими. Дэвид хотел его, как никогда в такие минуты ; впоследствии это стало одним из лучших его воспоминаний. Он едва мог дождаться, когда они наконец вернуться в спальню и его маленький Джордж будет сгорать под страстными ласками своего любящего покровителя. А иногда Дэвид не мог дождаться-он подходил, закрывал ладонями глаза мальчика, целовал его, они опускались прямо на мокрый, ласкаемый теплыми солеными волнами песок и занимались любовью. Волны набегали, почти с головой накрывая их, нежно лаская их сплетающиеся тела; и время замирало, и мир превращался в сумашедшее кружение синевы океана, пьянящих поцелуев и прикосновений, пламени аллеющего небосвода, чарующих звуков, и все возвращалось с наступлением потрясающих сладких судорог. Дэвид, улыбаясь, склонялся над Джорджем, который еще слегка дрожал от возбуждения, и нежно целовал его. Его синие глаза были еще слегка затуманенны; прозрачная соленая вода играла длинными темными кудряшками мальчика. Дэвид брал его на руки и относил в их маленький уютный домик на берегу. После таких наполненных новыми впечатлениями дней и бурных ночей любви Джордж мгновенно засыпал в объятиях Дэвида и всю ночь спал, как убитый. Приступы тоски стали чрезвычайно редкими и совсем скоро сошли на нет, что весьма радовало Дэвида. Наконец, пришло время вернуться домой, и жизнь вернулось в свое обычное русло. Наступили будни. Все, что они делали вместе, будь то ночные прогулки по городу, сверкающему разноцветными движущимися огнями, плескание в душе или просмотр фильмов, обажаемых Джорджем, было для них одинаково приятно. Кстати, он покупал ему все фильмы, которые Джордж просил; и его удивляло и озадачивало то, с каким интересом его мальчик наблюдает какую-нибудь бурную постельную сцену. Однажды, в очередной раз наблюдая тем, как он с открытым ртом, не отрываясь смотрит на подобное зрелище, он удивленно спросил его: -Джордж, ты бисексуален?Тебе нравятся женщины ? На что он, рассмеявшись, покачал головой: -Мне нравится, как ты ревнуешь!Разве мы с тобой делаем в постели не то же самое? А женщины... Женщины, конечно, очень красивы, но они... не для меня. Как бы это сказать.... я их не хочу. -А чего же ты хочешь?-улыбнулся Дэвид. -Тебя!-серьезно сказал Джордж; и, повалив шутливо сопротивляющего, смеющегося Дэвида, мигом оседлал его, усевшись ему на живот да еще и подпрыгивая. -А по-моему, ты хочешь убить меня!Кто будет заботиться о тебе?Какой же ты еще ребенок!-простонал Дэвид, стараясь утихомирить разбушевавшееся сокровище. Лежа в темноте на скомканной постели после бурной ночи любви, Джордж глазел в потолок. Его голова покоилась на животе Дэвида. Он думал. Дэвид пытался уснуть и уже дремал. -Дэвид, я так люблю тебя!Я люблю тебя больше всех на свете. -тихо сказал Джордж. -Угу. Я тоже. -сквозь сон пробормотал Дэвид и пошевелил пальцами в волосах Джорджа. -Вот!Мы всего лишь любим друг друга. Почему же к нам относятся, как к преступникам?Почему мы должны всегда прятаться и скрывать наши отношения? -Потому что наши отношения незаконны. -сказал Дэвид; -Значит, нас могут арестовать... - сказал Джордж сам себе. -Никто нас не арестует, не бойся;-успокоил его Дэвид. -Нет, ты не дашь мне сегодня уснуть! -Дэвид, а ты всегда был геем?-спросил Джордж. -Не совсем. Но можно и так сказать. -ответил он и окончательно проснулся. -Я бисексуален, Джорджи. -Ты можешь любить женщин?-Джордж приподнялся на локте от удивления. - Да. -ответил Дэвид. -И у тебя были женщины? -Конечно. Но прежде я стал геем- впервые я влюбился в парня. Он не был геем. Вернее, он так считал, пока не встретился со мной. -усмехнулся Дэвид; -Я тогда был чуть старше тебя. -Вы занимались любовью?-спросил Джордж, заранее зная ответ. -Да. А потом я встречался с девушкой. Ее звали Кристин. Она была красавицей!Мы с ней поженились, а через год она погибла-ее машину вынесло на встречную полосу. Она была беременна. И я вернулся к своей изначальной роли. Вот так, малыш. А потом у меня были другие партнеры, все взрослые мужчины. Тебе неприятно это слышать, малыш? -Я ведь сам спросил... -спокойно ответил Джордж, но в его голосе Дэвид заметил нотку ревности. -Извини, мой дорогой. Иди ко мне. -сказал Дэвид и, обняв мальчика, накрыл его одеялом;-Я не знаю, поверишь ли ты мне, но я люблю тебя больше, чем кого-либо в моей жизни. -Я верю, Дэвид;-прошептал Джордж. Дэвид говорил правду- никого еще так не любил;он любил мальчика до боли, до слез, это было похоже на безумие. Любовь между ними была настолько сильна, что они и полдня не могли друг без друга. Это было больше, чем любовь. Если Дэвиду приходилось отлучаться, он не переставая думал Джордже, и мчался домой, чтобы поскорее обнять своего малыша и почувствовать, что он по-прежнему здесь и принадлежит ему. Джордж никогда еще не был так счастлив; любовь Дэвида была для него священным даром, за который он каждый день благодарил Бога, засыпая в обьятиях своего любимого друга. Однажды, жарким июньским днем прогуливаясь по улице за руку с Дэвидом, Джордж увидел какого-то мальчишку на велосипеде, и взмолился: -Дэвид, я каждое лето катался на велосипеде с другом!Его зовут Марк Олдфилд. Пожалуйста, отпусти меня к нему на часок ! -Тот самый Марк ?-поднял брови Дэвид. -Хорошо. Я отвезу тебя к нему. Через два часа вернусь за тобой. Но что, если тебя увидят его родители? -Не увидят, они вечно на работе!Да не узнает меня никто теперь, я изменился... -Правда? Но к твоим родителям это не относится. Уж они-то тебя узнают !-предостерег Дэвид. -Я не попадусь им на глаза, ты же знаешь!-умоляюще просил Джордж. Вздохнув, Дэвид посадил его в машину и отвез к Марку. Остановив свой Линкольн на самом неброском месте в тени развесистых каштанов, он взял руку Джорджа и спросил, внимательно глядя на Джорджа: -Но ведь ты вернешься?Помнишь сказку "Красавица и Чудовище?" Его красивые карие глаза были очень серьезными. -Да !-улыбнулся Джордж. -Помни, пожалуйста, что мы не в сказке, и если ты не вернешься вовремя... -сказал Дэвид, и, не закончив, поднял его подбородок и нежно поцеловал в губы. -Я вернусь!-пообещал Джордж, сияя от радости. -Хорошо, я верю тебе, Джорджи. Вот;-сказал он, доставая из внутреннего кармана пиджака купюру;- Возьми на всякий случай. Здесь достаточно, чтобы купить конфеты, которые, я знаю, ты купишь; а также для того, чтобы поймать машину и быстро уехать в случае, если тебя заметят. Так вот: если придется сделать это, не в коем случае не называй наш адрес!Назовешь адрес студии, и Томми тебя встретит. Все понял, Джорджи? -Да!Конечно!-с готовностью кивнул мальчик. - Будь очень осторожен, малыш! Беги. -сказал Дэвид и открыл ему дверь. Он проводил глазами Джорджа, который на бегу обернулся, взметнув поток длинных локонов, и помахал ему рукой. " Какой же мой малыш все-таки красавчик!"-подумал Дэвид; и, улыбнувшись мальчику, поехал по делам. Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, Джордж позвонил в знакомую до единой трещинки дверь Марка и стал ждать ответа. "Хоть бы он был дома!"-подумал Джордж, катая ногой камешек. Наконец он услышал знакомый грохот, с которым обычно Марк скатывался вниз с лестницы из своей комнаты, за что всегда получал оплеухи, когда родители были дома. За грохотом последовали шлепающие шаги, и дверь распахнулась. Марк стоял в дверях, в одних шортах до колен и с банкой пива в руке. Увидев друга, он едва не поперхнулся: -Джордж! Это ты! Вот это да!Как я рад тебя видеть, старина!Мы с тобой несколько месяцев не виделись! -воскликнул Марк, окинув друга взглядом с ног до головы. -Может быть, ты впустишь меня?-улыбнулся Джордж. -Ой, конечно, прости!Заходи давай!-засмеялся Марк. Они уселись на полу у телевизора и Марк дал Джорджу банку пива, восторженно разглядывая друга. -Черт побери, как ты изменился!-сказал он. -Правда?-взмахнул ресницами Джордж. -Ну да! Ты чертовски похож на девчонку, Джордж! Ну и волосы у тебя!-сказал Марк и коснулся его локонов; -От тебя здорово пахнет! -Дэвиду нравится этот запах. Кстати, у меня всего два часа. Давай сгоняем на великах к реке! -На великах?Ты собираешься домой за великом?-усмехнулся Марк. -Ой, правда... Не знаю... У меня вылетело из головы... Какой же я дурак!-раздосадованно воскликнул он. -Ладно, в чем проблема, поедем на моем!-сказал Марк. Во дворе они накачали велосипед. Вытирая выступивший пот, Марк сказал: -Возьми кепку и спрячь волосы. Он сел на велосипед, Джордж пристроился на багажнике, и они покатили к реке, весело болтая. Марк рассказывал Джорджу об их общих приятелях, о родителях, о школе, где все узнали, что Джордж-гей, и деликатно молчали. Джоржд объяснил, что он не бросал учебу, что Дэвид платит за частные уроки. Вспомнив, что у него в кармане деньги, он предложил заехать по дороге в знакомый магазинчик. Накупив целую гору чипсов, конфет, и даже пару банок пива, они удобно устроились на своем старом толстом суку и весело болтали. Джордж свесил одну ногу и качал ей. -Джордж, ну почему ты не вернешься домой? Как ты можешь жить с чужим человеком, я не могу понять?- спросил Марк, глядя на друга своими светло-коричневыми глазами. Джордж мгновенно стал очень серьезным, и ответил: -Дэвид мне не чужой. Он самый близкий для меня человек! -Ближе, чем родители?-нахмурился Марк. -Я не смогу жить без него, понимаешь, Марк?Я люблю его. Он -мой самый близкий друг, мой любовник, моя семья. Мы любим друг друга, понимаешь?Я не знаю, что мне сделать, чтобы ты понял... -сказал Джордж. Марк понял, что он говорит правду. -Вижу, ты счастлив с ним. -сказал Марк и почесал затылок. -О да! Очень!-сказал Джордж. Он и правда выглядел очень счастливым. -Я рад за тебя, Джордж;-искренне сказал Марк;-А о чем вы с ним говорите?Он же гораздо старше тебя!-поинтересовался он. -О!Обо всем!-воскликнул Джордж. Он рассказал другу, как они с Дэвидом ездили на Гавайи и как весело им вместе смотреть фильмы, бродить по городу. Он вспомнил множество шуток, которым научил его Дэвид. Два часа пролетели слишком быстро. Джордж озабоченно взглянул на часы и сказал: -Мне пора, Марк. Дэвид должен ждать меня, чтобы забрать. Поехали домой. -Ладно;-согласился Марк и спрыгнул вниз с полутора метров. Джордж задержался на секунду и прыгнул за ним. С непривычки он больно отбил себе ноги-будто на иголки прыгнул. -Отвык!-сделал заключение Джордж сквозь гримасу боли. -Да ты всегда так!Садись, давай!-сказал Марк, который уже оседлал велосипед и стоял, с готовностью ожидая его. Джордж уселся на багажник и они неспеша покатили домой. По дороге они орали какую-то глупую и слегка пошлую песенку в два голоса. Им было чрезвычайно весело-они слегка захмелели от выпитого пива. У Джорджа приятно кружилась голова. Подьезжая к дому Марка, Джордж сразу же заметил Линкольн Дэвида; и его самого, прогуливающегося вокруг машины и поглядывающего на часы. Услышав позвякивание приближающегося велосипеда, он обернулся, и его глаза встретились со смеющимися глазами Джоржда. Дэвид улыбнулся своему малышу, который сидел на багажнике велосипеда в потертой, пыльной красной бейсболке, в ярко-желтых шортах и коротенькой цветастой рубашке с ободранными голыми коленками и застрявшей в ботинках травой. Его чудесные голубые глаза светились радостью. Его друг, белокурый, кареглазый, загорелый мальчишка лет шестнадцати затормозил в нескольких метрах от машины, уперевшись пыльным ботинком в мраморный бордюр. -Все. Иди, он ждет тебя. -сказал Марк другу. Джордж мигом соскочил с велосипеда. -Подожди, не уезжай. Я сейчас вернусь; - крикнул он и побежал навстречу Дэвиду. Марк с любопытством наблюдал, как Джордж с разбегу прыгнул в его распростертые объятия, и Дэвид, смеясь, покружил его, и, поставив на землю, снял с него бейсболку и поцеловал прямо в губы, зарываясь ладонью в длинных локонах Джорджа, рассыпавшихся по плечам. -Я так люблю тебя, Джорджи! Слава Богу, все в порядке!-прошептал Дэвид, прижимая к груди свое сокровище. -Я вернулся, Дэвид !-сказал Джордж, чувствуя биение его сердца. -Уже ободрал коленки... А это, как я понимаю, Марк?-спросил Дэвид, взглянул на Марка и перевел взгляд обратно на своего мальчика. -Да. -кивнул Джордж. И добавил:-Я еще не попрощался с ним! -А может быть, ты познакомишь меня со своим другом?Я ведь знакомлю тебя с моими друзьями... -предложил Дэвид. -Конечно!-обрадовался Джордж. -Тогда зови его скорее сюда!-сказал Дэвид. -Марк!-позвал Джордж и махнул другу рукой. Марк поставил велосипед понадежнее и подошел к другу. -Дэвид, это Марк. Марк, это Дэвид. -весело сказал Джордж. -Здравствуй, Марк!-поприветствовал его Дэвид. Он был очень красив, строен, высок и элегантен; его большие выразительные темно-карие глаза внимательно и дружелюбно смотрели на Марка, который сначала слегка оробел; но Дэвид улыбнулся и протянул ему руку. -Здравствуй, Дэвид!-в свою очередь улыбнулся Марк и пожал его большую ладонь. -Кажется, я знаю о тебе все, или почти все!Джордж часто говорит о тебе. -сказал Дэвид. -Знаешь, Марк, я давно уже хотел поблагодарить тебя за все. Спасибо, что не выдал нас. -Да не стоит!Я не сделал этого из-за Джорджа. Просто я чувствовал, что ему лучше с тобой ;-смущенно сказал Марк и опустил глаза. -Я очень люблю Джорджа, и, кажется, он меня тоже;-Дэвид посмотрел на Джорджа, выжидающе подняв бровь. -Марк знает;-улыбнулся Джордж, сжал руку Дэвида и прислонился к нему спиной. -Мы собираемся пообедать в одном хорошем ресторане, не хочешь поехать с нами?Мы потом подбросим тебя домой;-предложил Дэвид. Марк не возражал, он загнал домой велосипед, умылся для приличия и одел чистые шорты и рубашку. Таким образом, единственной чумазой личностью в их небольшой компании оказался Джордж. Дэвид достал из кармана платок и, смочив его минеральной водой, осторожно вытер лицо и расцарапанные коленки своего юного друга. "С таким парнем можно иметь дело!Кажется, он и вправду любит Джорджа. Но все равно, это как-то странно" -думал Марк, глядя краем глаза, как Дэвид склонился над царапинами Джорджа.
      -Он всегда так. Ужасный недотепа!-сказал Марк, уплетая мороженное. Ему нравился спокойный, уравновешенный, добрый Дэвид. -Серьезно?Просто он не создан для всего этого. Он необычный мальчик. -сказал Дэвид, пряча платок. После обеда Дэвид отвез Марка домой. Прощаясь, он сказал: -Ты настоящий друг, Марк. И, пожалуй, единственный друг Джорджи. К сожалению, ему нельзя приходить часто, ты знаешь почему. Но я буду привозить его время от времени. Ему необходимо общение с ровесниками и особенно твоя дружба. Спасибо за все, парень. Было приятно познакомиться с тобой! -Мне тоже. Береги его. -сказал Марк. -Разумеется. Ну, еще увидимся, Марк. Беги домой. -сказал Дэвид и на прощание пожал пареньку руку. -Пока, Марк!-улыбнулся Джордж и тоже пожал ему руку. Дэвид сдержал свое слово. Он раз в месяц отпускал своего мальчика к другу и каждый раз его сердце кровью обливалось при мысли, что что-нибудь может произойти, и его маленький Джордж не вернется к нему. Но Джордж всегда возвращался минута в минуту.
      ***
      В день Рождества в доме Доусонов вместо праздничного веселого оживления царила угрюмая напряженная тишина. Это было первое Рождество без Джорджа. -Это безумие, Эллиот, я до сих пор не могу смириться!-первым нарушил тишину взволнованный голос Бриджит. -И не нужно! С этим нельзя смириться, это немыслимо!Я не верю, что Джордж сам на это решился, он всегда был нормальным мальчиком, подумай, Бриджит!У нас в роду не было ни одного гомосексуа-листа! Кто-то совратил его, и я собираюсь сам найти этого подонка, даже если мне придется своими собственными руками выбить его имя из мальчишки. Эти идиоты в полиции не на что не способны, но я сам найду сына и расправлюсь с мерзким совратителем. Я клянусь тебе, Бриджит, я отомщу за нашего мальчика!-повторил давно уже заученный монолог Эллиот, недавно потерявший последнюю веру в полицию. И сразу же после безрадостных праздников он, наконец, приступил к осуществлению своих угроз. Через одного близкого друга семьи был найден надежный и опытный частный детектив, который сразу же взялся за дело. Перед ним была поставленна довольно простая задача- разыскать Джорджа Доусона и сообщить его координаты. Через месяц он не только сообщил местонахождение Джорджа, но предоставил еще точный адрес и имя его постоянного, как выяснилось, партнера. -Но здесь чек на сумму, вдвое превышающую стоимость моих услуг!-воскликнул приятно изумленный сыщик, заглянув в конверт. -Вы прекрасно поработали, Брайан, и заработали эти деньги;-невозмутимо ответил Доусон, пряча аккуратно свернутый листок с адресом в бумажник. А для Дэвида и Джорджа Рождество 1982 года стало особенным. Вообще-то Дэвид был приглашен на какой-то светский раут, но он хотел провести Рождество наедине с Джорджем. Только вдвоем. В тот день шел совершенно необыкновенный снег. Огромные белоснежные хлопья плавно кружились на фоне синего вечернего неба и медленно опускались на крыши и спящие деревья, составляя совершенно великолепную, сказочную картину. Они неспеша прогуливались по заснеженному городу, любуясь праздничными украшенными улицами и уютными желтыми окошками, в большинстве которых сияли разноцветными гирляндами наряженные елки. Дэвид держал Джорджа за руку и они весело болтали, наслаждаясь прогулкой и свежим морозным воздухом. Джордж остановился у шумного, похожего на веселую вращающуюся карусель катка. Множество людей самых разных возрастов кружило вокруг красующейся посередине гигантской потрясающей елки под оглушительные звуки музыки. Многие падали, но, похоже, находили это весьма забавным - тут же поднимались и снова вливались в пеструю резвящуюся толпу. Столь необычная ка ртина совершенно очаровала Джорджа. Увидев, как загорелись глаза мальчика, Дэвид понял, что ему сейчас предстоит нелепо кувыркаться и барахтаться на коньках среди этой веселой разноперой толпы и подвергаться насмешкам своего юного друга и опасности угодить под устрашающие лезвия коньков какого- нибудь сумашедшего. -Нет, пожалуйста, Джордж, только не это!-пытался возразить Дэвид в то время, как мальчик тащил его, сопративляющегося, за руку в эту шумную вращающуюся толпу, и хитрая очаровательная улыбка, с которой он действовал, заставила Дэвида сдать позиции. За сплошной стеной шума, производимого звуками веселых рождественских мелодий и сотней возбужденных голосов Дэвид абсолютно не слышал Джорджа, чью теплую ладошку он держал в руке, и который, смеясь, пытался ему что-то объяснить. Джордж от души потешался над своим неуклюжим другом, который, с трудом удерживая равновесие, преодолевал третий круг. Но в конце Дэвид потерял равновесие и рухнул на лед, утянув за собой Джорджа, который, стараясь избавить друга от падения, протянул ему руку. С минуту они бара- хтались на льду, смеясь и стараясь подняться на ноги, одновременно мешая друг другу сделать это. При падении шляпа Джорджа слетела, шарф выбился, и он сидел теперь на льду, раскрасневшийся, растрепанный и счастливый, ожидая, когда его друг примет вертикальное положение. Пушистые белые снежинки садились, не тая, на его чудесные локоны и длинные черные ресницы, а огромные голубые глаза Джорджа горели радостным возбуждением. Дэвид засмотрелся на мальчика и едва не угодил под чьи-то коньки; Джордж едва успел отдернуть его. Через час катания Дэвид совсем выбился из сил; он рухнул на лед к ногам Джорджа и притворился мертвым. Тот постоял над ним с минуту с самым серьезным видом, на который только был способен, и, вздохнув, взял "тело" за воротник и потащил к выходу. -До дома, пожалуйста. -сказал Дэвид, открыв один глаз. Дома их ждал праздничный ужин и подарки. Дэвид, с трудом отогревшийся после прогулки, потягивал из бокала мартини и с удивлением наблюдал за своим мале ньким Джорджем, который сидел за столом напротив и с удовольствием уплетал мороженное. -Так вот почему ты такой сладкий;-с улыбкой сказал Дэвид. -Знаешь, я уверен, что ты все-таки упал с какой-нибудь прекрасной, обросшей синим льдом звезды. -Почему ?-серьезно спросил Джордж, продолжая поглощать мороженное. -Именно такого цвета у тебя глаза, и такая белая нежная кожа... И вообще, ты слишком красив, совершенен, абсолютно неземное создание... Джордж доел свое мороженное и теперь молча слушал Дэвида, положив голову на руки. В его голубых глазах не было и тени смешинки, только спокойное, молчаливое внимание. Дэвид провел пальцами по его по щеке и, притянув к себе, нежно поцеловал в губы. -Мой маленький мучитель, ты заморозил и загонял меня до полусмерти, мои ноги болят, я едва отогрел- ся. Тебя следовало бы наказать за мои страдания. Ну почему я не в чем не могу тебе отказать?-задал он вопрос сам себе, на что Джордж лишь хитро улыбнулся. Потом они еще долго делали сотни каких-то милых приятных вещиц -смотрели традиционные фильмы, просто болтали. Джордж так долго пропадал в душе перед сном, что Дэвид в конце концов отправился за ним и вытащил своего заливаливающегося смехом, брызгающегося и брыкающегося малыша из ванны и, завернув в полотенце, отнес в спальню. Он стоял теперь перед Дэвидом, обнаженный и ослепительно красивый, с такими славными мокрыми кудряшками и сияющими голубыми глазами. Дэвид поцеловал его в лоб и прижался щекой к его мокрым локонам мальчика. Джордж обвил его шею руками и прошептал: -Я люблю тебя. Ты даже не представляешь, как сильно я люблю тебя, Дэвид, я бы отдал жизнь за тебя. Пообещай мне, что ты никогда не оставишь меня; пообещай мне сейчас, что мы всегда будем вместе! -Конечно, дорогой мой, иначе и быть не может. Мы не расстанемся, я ни за что, никогда и никому не отдам тебя, мой мальчик, я клянусь тебе. - ответил Дэвид, обнимая свое сокровище. -Поцелуй меня, Дэвид,... -тихо попросил Джордж, взъерошивая влажной ладонью его волосы. -Боже мой, Джордж, что ты сделал со мной? Я еще никогда никого не любил хотя бы подобием той любви, которой люблю тебя и никого не хотел так, как хочу тебя. -прошептал Дэвид, целуя мальчика, который уже пылал в его руках, сгорая от его ласк и прилива желания. Дэвид поставил его на колени спиной к себе;голова Джорджа откинута назад и Дэвид целует его губы;влажные длинные мягкие локоны Джорджа падают на грудь Дэвида. Он гладит большой мягкой ладонью нежную кожу мальчика, изиащный изгиб позвоночника, его плоский живот с маленькой чудесной впадинкой, бархатистую кожу стройных бедер, проводит ладонью у самых интимных мест, и Джордж уже весь пылает и извивается в его руках. Он заставляет Джорджа лечь, а сам склоняется над ним и начинает нежно ласкать губами и языком его лицо, шею, грудь, живот, осторожно касаясь самых интимных мест. Сильное, мускулистое тело его искушенного умелого любовника, сводящие с ума ласки, сбившееся горячее дыхание, пьянящая смесь возбуждающих звуков и запахов обрушились на него, весь мир куда-то провалился, и они с Дэвидом погрузились в другую реальность, где времени не сущесвует, но только наслаждение реально и безгранично. Дэвид легонько толкнул его вперед, и Джордж лег животом на его руки; и так, поддерживая его тело, Дэвид вошел в него. Джорджа теперь уносил какой-то сладостный бурный водоворот. Одной рукой Дэвид держал его пенис и яички и ласкал их. -Джордж, делай теперь то же, что делаю сейчас я. -сказал он. Джордж еще плохо владел собой, во время секса он просто целиком отдавался ласкам и сладостному потоку возбуждения, не в силах бороться с неумолимо приближающимся оргазмом; и он почти всегда наступал раньше, чем у Дэвида. И тогда Джордж ждал, ощущая толчки Дэвида сквозь пелену сладкой боли после оргазма. Дэвиду это не нравилась, он хотел чего-то другого. И в этот раз Джордж никак не мог взять себя в руки и делать то, что хотел Дэвид. -Джорджи, делай то же, что делаю я, слышишь?-повторил Дэвид и на несколько секунд зажал Джорджу место под яичками, чтобы немного ослабить его крайнее возбуждение. Дэвид сам контролировал мальчика, понимая, что он слишком юн и не может вовремя удержать семяизвержение. -Я... я стараюсь, Дэвид... -Молодец, продолжай... -похвалил довольный Дэвид, добившись, чтобы Джордж делал это. Каждый раз, когда Джордж достигал крайнего возбуждения, он зажимал волшебную точку, чтобы оттянуть наступление сладких судорог, и наслаждение продолжалось. Наконец Дэвид получил то, чего все время добивался - они достигли оргазма одновременно. Джордж лежал теперь, откинувшись на подушки, опусташенный до последней капли и слегка дрожащий. Дэвид склонился над ним, поцеловал в полураскрытые губы и сказал с улыбкой, глядя своими красивыми черными глазами в еще затуманенные голубые глаза Джорджа: -Ты был сегодня великолепен, Джорджи! У нас все получилось. Ты и твой пенис заслуживаете вознаграждения! Джордж вопросительно посмотрел на него: -Мой пенис?Какое еще вознаграждение? -Очень приятное!-пообещал Дэвид, склонившись над предметом обсуждения; -Тебе понравится... -закончил он и поцеловал его прямо туда. -Ты сумашедший, Дэвид!-вздрогнул изумленный Джордж. -Что ты делаешь?! На нем же... Он же... На нем сперма!-выпалил наконец он. Его голубые глаза были широко раскрыты от удивления. -Ха-ха-ха-ха!-засмеялся Дэвид и показал свою руку, которая была вся в сперме Джорджа. -Лежи спокойно. -сказал он и снова поцеловал его туда, а потом коснулся его языком и взял целиком. Джордж от неожиданности и изумления рванулся и попытался вскочить, но Дэвид не дал ему этого сделать, прижав сильными руками его живот и ноги и продолжая удерживать своего юного любовника. Джорджу хватило считанных мгновений, чтобы взлететь на вершину блаженства. -О Боже, Дэвид, мы сгорим в аду за все, что делаем... -простонал Джордж, когда все закончилось. -Но это стоит того, не так ли, мой дорогой?-улыбнулся Дэвид. -И потом- тебе это не грозит, ад только для грешных землян, а не для звездных мальчиков. - сказал Дэвид, играя длинным темным локоном Джорджа и глядя в его прекрасные голубые глаза. -Все шутишь?-улыбнулся мальчик. -Совсем нет!-серьезно ответил Дэвид, нежно проводя пальцем по животу своего юного любовника. Они практически не сомкнули глаз той ночью, занимаясь любовью, и на следующее утро проспали, опаздав на какую-то важную встречу. Джордж сидел обнаженный на постели среди скомканных простыней и хохотал над тем, как Дэвид судорожно одевался, попадая обоими ногами в одну штанину, застегивая рубашку не на ту пуговицу и путаясь в галстуке. -Иди сюда, я завяжу!-смеясь, сказал Джордж, соскочив с постели-он здорово завязывал галстуки. Его восхитительная красота, его прекрасное обнаженное тело и горячее дыхание обжигало Дэвида, и он уже готов был забыть о поездке. Он смотрел на его нежное милое личико, его славные ямочки на щеках, длинные опущенные ресницы, и пару смеющихся аквамариновых глаз. Дэвид потянулся к губам Джорджа и нежно поцеловал их. -Все!Смотри, как красиво!-сказал Джордж через минуту, довольный своей работой. -Спасибо, дорогой мой! Позавтракай сегодня один, малыш, я скоро вернусь. Я люблю тебя!-сказал Дэвид, поцеловал мальчика и побежал вниз по лестнице. -Я тоже люблю тебя, Дэвид!Передай привет Кенни от меня, скажи что я приеду с тобой в понедельник!-крикнул Джордж ему вслед. Проводив глазами отъезжающую машину, он вернулся в постель и снова заснул до возвращения Дэвида.
      ***
      Весна пришла в шумный, пропитанный влагой и ярким солнечным светом город и принесла с собой пронизывающие холодные ветры, из-за которых Джордж подцепил сильную простуду и проболел почти месяц. Но, пожалуй, от этого больше пострадал Дэвид. Бледный и осунувшийся вид мальчика, постоянное отсутствие аппетита, мучительный кашель и упорно держащаяся температура сводили Дэвида с ума. Врач успокаивал его, объясняя, что Джордж скоро пойдет на поправку, и что это обычное для пневмонии состояние. Пока он болел, Дэвид вел себя, как наседка, бегая по аптекам и пичкая мальчика таблетками и витаминами, против чего сам больной отчаяно возражал. Однажды из-за подобных обстоятельств между ними произошел весьма неприятный инцидент. Они поссорились, когда Дэвид, опасаясь, что мальчику нельзя тратить много сил, отказался заниматься с ним любовью. Джордж, который, несмотря на жар, чувствовал себя прекрасно, ужасно обиделся и расстроился. -Ты просто больше не хочешь меня!Ты не любишь меня, не любишь!-кричал Джордж, толкая претворяющегося спящим Дэвида в бок и едва не плача от злости. Наконец, он, изо всех сил стукнул кулаком подушку и упав в нее лицом, горько расплакался. Он так жалобно всхлипывал, что сердце Дэвида, который с закрытыми глазами молча боролся с желанием, не выдержало такого испытания. -Джорджи... -тихонько позвал он и, склонившись над ним, осторожно коснулся его бедра, но Джордж резко оттолкнул его руку и крикнул сквозь слезы, ошарашив Дэвида: -Не трогай меня! Теперь я не хочу тебя! Эти слова обрушились громом. Лицо поверженного в шок Дэвида исказилось от ужаса. -Зато я хочу тебя!-крикнул в ответ Дэвид, и попытался его обнять, но Джордж продолжал плакать и вырываться так, что Дэвиду впервые пришлось применить силу. Он сковал Джорджа в железных объятиях и прижал своим телом так, что тот не мог и пошевелиться. -Отпусти!Отпусти!Я не хочу тебя! Не смей трогать меня!-выкрикивал Джордж, отчаянно вырываясь. Мертвая, железная хватка рук Дэвида, всегда такие нежных, а теперь словно чужих; их неожиданная грубая сила причиняли мальчику боль. Джордж почувствовал, как больно его слова ранили Дэвида. Он никогда не был так агрессивен и жесток. -Нет, пусти меня, пусти!Я не хочу!Мне больно!Я не хочу!-рыдал Джордж. -Я люблю тебя!Я хочу тебя!О Боже!Прекрати плакать, я не могу переносить твоих слез!Джорджи, прекрати это, иначе я возьму тебя силой! Не заставляй меня тебя насиловать !-кричал в ответ Дэвид, стараясь поцеловать его. Но ему фактически пришлось осуществить свою угрозу- он перевернул отчаяно вырывающегося, рыдающего Джорджа и вошел в него. И уже через минуту мальчик притих и больше не пытался освободиться; он только вздрагивал и тихонько всхлипывал в подушку, расплющен- ный сильным телом Дэвида, не чувствуя ничего, кроме боли и собственной беспомощности. Когда, наконец, все закончилось, Дэвид сел и в ужасе схватился за голову: -Боже мой, что же я наделал!Что я наделал! Прости меня, Джорджи, прости, если можешь! -Я люблю тебя, Дэвид, -прошептал Джордж; -Я хотел тебя, ты ничего не сделал. Мы просто занимались любовью... -Но ты плакал, ты не хотел меня, я взял тебя силой!-сокрушался Дэвид, пряча лицо в ладонях. Джордж сел к Дэвиду на колени и прижался к нему, обвив его мускулистое тело ногами, обняв его за шею и положив свою голову ему на плечо, чувствуя, как бьется его сердце. Дэвид робко коснулся его. Его руки дрожали. В его красивых черных глазах кричала боль. -Нет, это не правда, я хотел тебя. -сказал Джордж и нежно поцеловал губы Дэвида. -О, маленький мой! я всего лишь хотел поберечь твои силы, я и не думал, что когда-нибудь смогу обидеть тебя!Не надо лгать, Джорджи, ты не хотел меня. Тебе было больно! -Нет, совсем нет. Не волнуйся. Я не сержусь, мне не больно, и я в полном порядке. -сказал Джордж. Они сидели в темной комнате без единого звука, ощущая себя единым целым, и только голубой свет луны бледно освещал две фигуры, затейливо сплетающиеся в темноте. Поцелуй меня, Дэвид!-прошептал Джордж. Дэвид осторожно положил мальчика на спину и, склонившись над ним, нежно коснулся его губ, потом шеи, и стал спускаться ниже, лаская нежную горячую кожу напряженного изиащного живота, бедер, яичек и фаллоса; заставляя своего юного любовника дрожать и сгорать от ласк. Он прекрасно знал, что минет безумно нравится Джорджу и доставляет ему максимум удовольствия, давая самый сильный оргазм. Дэвид превзошел сам себя, заглаживая вину. Больше всего Дэвид боялся, что нанес мальчику психологическую травму, но на самом деле он нанес ее себе. Джордж словно забыл об этом случайном насилии- он слишком любил Дэвида, чтобы не простить его. И он знал, что Дэвид безумно любит его. К тому же, Джордж считал и себя виноватым в случившемся; и, видя, как Дэвид страдает, всеми силами старался помочь ему забыть об этом. Он послушно глотал лекарства, вовремя выходил из душа и съедал все подряд, даже если ему приходилось бороться с приступами тошноты. Он постоянно повторял Дэвиду, что любит его, рассказывал ему о своей жизни дома, о друзьях, и втройне старался в постели, пока, наконец, Дэвид не осознал, что ничего не изменилось и Джордж по-прежнему любит его и не сердится.
      ***
      Больше года пронеслось каскадом великолепных ярких дней. Дэвиду казалось, что его жизнь обрела истинный смысл только с того момента, когда в нее вошел Джордж. Он обажал своего малыша и давал мальчику все, о чем Джордж мог только мечтать, изо дня в день балуя и исполняя любые желания своего юного любовника, внушая ему, что он лучший и должен быть окружен лучшим. Он восхищался им и любил его каждой клеточкой своего тела, а для Джорджа не существовало никого, кроме страстно обажаемого им Дэвида, и его самого. Они не мыслили и дня друг без друга, ощущая себя единым целым. День за днем он обучал его всему, что позволяет разбить всякие границы земной любви и вырваться в новые неизведанные миры волшебных ощущений. Такие люди становятся детьми Венеры, им открывается все. Перед посвященными Любовь раскрывает врата, приглашая войти и вкусить божественные плоды, которые недоступны простым смертным. Дэвид терпеливо и искусно ваял свое прекрасное творение. Джордж действительно был воплощением совершенства. Три месяца назад ему исполнилось шестнадцать. Он заметно вырос, а в его прекрасном стройном теле начали угадываться мускулы. На глазах своего возлюбленного наставника маленький хрупкий мальчик превращался в ослепительного юного Адониса. Его красота приковывала взгляды окружающих. Каждое его движение было безукаризненно. Его манера двигаться, как дикая кошка, изиащно и величественно, восхищала. Взгляд его необыкновенно прекрасных глаз из самого холодного синего льда, охваченного жгучим пламенем, очаровывал; но теперь в них горел обжигающий огонь порочности. Дэвиду хватило полтора года для того, чтобы зажеть этот огонь в глазах своего прекрасного юного любовника. Он многому научился и был абсолютно совершенен в постели. Дэвид и сам не подозревал, что сослужил мальчику плохую службу- он до невозможности избаловал и изнежил своего юного любовника и сделал из него капризного и сладнострастного человека, который смотрел на окружающий мир и его обитателей с высоты красоты, наслаждаясь своим превосходством. Тем не менее, Джордж оставался для Дэвида его мальчиком, его малышом; он берег его, как зеницу ока. Страх потерять его преследовал Дэвида с того самого дня, когда ранним дождливым утром он молился, чтобы спящий в его объятиях маленький загадочный звездный мальчик не исчез из его жизни. Потом, этот страх, что Джорджа отнимут у него родственники, или, чего доброго, полиция. А теперь еще это! Вот уже несколько дней прошло с того дня, когда он заметил следующий за их Линкольном на протяжении всего пути белый ВМV. Потом машина незаметно свернула на каком-то перекрестке, но в сердце Дэвида забрался нехороший холодок- он каким-то седьмым чувством чувствовал опасность и хорошо знал, откуда она могла исходить. И, наконец, другой страх-что Джордж уйдет сам. Но тот не разу даже не помышлял об этом, потому что был до безумия влюблен с своего взрослого любовника. Они оба были безумно влюблены друг в друга. Дэвид купил роскошный дом на Гавайях -это был подарок для них обоих в день Святого Валентина. Там они встретили этот праздник и провели последующие три недели. Однажды они занимались любовью на берегу, когда, вдруг, в самый ответственный момент, глаза Джорджа встретились с огромными удивленными глазами девочки лет двенадцати, смуглой местной жительницы, которая стояла в нескольких шагах от разыгрывающейся откровенной бурной сцены с открытым ртом, не в силах сдвинуться с места. Джордж замер, удивленный Дэвид поднял глаза, и, увидев маленькую шпионку, пришел в бешенство и, разьяренный, заорал: -Что ты здесь делаешь, черт побери?!Немедленно убирайся отсюда! Девочка, до смерти напуганная, бросилась бежать. Джордж высвободился из объятий Дэвида, срывая поцелуй с его соленых губ, и бросился догонять девочку. -Подожди, не убегай!-крикнул он ей в след, не уверенный, что она понимает по английски. ;-Не бойся!Остановись! Он обогнал ее и встал на дороге. Девочка встала, как вкопанная. -Ты понимаешь английский?-спросил Джордж, стоя перед ней, совершенно обнаженный. -Пусти, я больше не буду!-захныкала она. -Пущу, если ты пообещаешь никому не говорить о том, что видела!-сказал Джордж. -Я и не говорила... -всхлипнула она. -Что?!Так ты шпионишь за нами?-воскликнул разгневанный Джордж и ухватил ее за запястье. -Нет, я тут гуляю!-отчаяно крикнула она и вырвала руку. -Ладно. Как тебя зовут?-стараясь взять себя в руки, сказал Джордж, понимая, что иначе ничего не добьется. Девчонка, насупившись, упрямо молчала. -Меня зовут Джордж. Извини, что я голый, ты сама виновата. Она бросила на него быстрый взгляд и смущенно опустила глаза. -Чериш. Меня зовут Чериш. Теперь пусти меня, я никому ничего не скажу!-сказала она. Джорджу ничего не оставалось, как убраться с дороги. Когда он вернулся, Дэвид спросил его, притягивая к себе и целуя: -Что ты сказал ей? -Чтобы она не смела болтать о нас. Она уже видела нас раньше, представляешь?;-возмущенно ответил Джордж. -Вот черт!-воскликнул Дэвид;-Ладно, плевать. Забудь о ней, дорогой, она все равно ничего не понимает;-сказал Дэвид, возвращаясь к прерванному удовольствию. Джордж снова увидел Чериш через два дня. Дэвид поехал в город по каким-то делам, ненадолго оставив мальчика одного. Она появилась неизвестно откуда, когда Джордж сидел на берегу и писал в своем дневнике. Она стояла сзади, совсем рядом, и молчала. -Привет, шпионка!-бросил Джордж через плечо. -Я не шпионка!-возразила она. -Лучше бы ты была не болтушкой;-сказал он, закрывая дневник. -А я не болтушка. Если бы я хотела, то рассказала бы, потому что не боюсь тебя. -ответила она, присаживаясь рядом. Джордж улыбнулся. Вообще-то он был не прочь с кем-нибудь поболтать. -Ты американец? Нет, у тебя какой-то дурацкий акцент;- она смешно наморщила нос. -Нет, это у тебя дурацкий акцент!Я-англичанин, понятно? -Понятно. А почему ты делаешь "это" с мужчиной?-спросила бесцеремонная девчонка, склонив голову набок. -Слушай, какая же ты все-таки наглая!-воскликнул Джордж. -А ты извращенец!-засмеялась она. -Если ты не прекратишь обзываться, я прогоню тебя, нахальная девчонка;-начал сердится Джордж. -Извини, я больше не буду. Но ведь я же правду говорю;-просто сказала она. -Почему ты это делаешь?; -Потому что я-гей. Знаешь ты, что это такое? -Разумеется!-засмеялась Чериш;-Это отвратительно! -Это ты так думаешьЯ не собираюсь с тобой это обсуждать. -возразил Джордж и покосился на нее. -Что ты все время сидишь, как старик, пошли, погуляем!-сказала она, и, схватив его за руку потащила вдоль берега. Джорджу было смешно, и он не сопративлялся. -Ты похож на девочку. -сказала она;-И волосы у тебя длиннее, чем у меня! -сказала она, восторженно глядя на своего красивого спутника, который был на три головы выше ее. Через час они уже были друзьями, и гуляли по городу, держась за руки. Они забрели на какой-то рынок, где дедушка Чериш продавал бананы и яблоки. Он угостил их. Джорджу так понравилось гулять, что он совсем забыл о том, что Дэвид вот-вот должен вернуться домой. Приехав домой и не обнаружив там Джорджа, Дэвид отправился на пляж. Он был уверен, что мальчик там-Джордж никогда не уходил без спроса. Но и там его не оказалось. Дэвид пришел в ужас. Он совершенно не знал, что делать. Незнакомый город, незнакомые люди, незнакомые законы. Куда он мог уйти?Зачем?Он же всегда ждал Дэвида дома! Полиция?Какие-то люди?Что же?Где же он, где?Дэвид хотел немедленно отправиться искать его, но где? Нужно ждать его дома, он должен вернуться!-успокаивал себя Дэвид. Время тянулось, как резина. Он уже сбился со счета выкуренных сигарет и все кругами ходил по комнате и вокруг дома. Джордж вернулся вечером. Он тихонько отворил дверь и с виноватым видом заглянул внутрь. -Джордж!Слава Богу!-бросился к нему Дэвид и прижал к груди;- Как ты мог уйти, не предупредив меня?!Я чуть с ума не сошел!Это же незнакомый город, и ты знаешь наше положение! -О, прости меня, Дэвид!Я не ожидал, что уйду надолго!Сколько сигарет ты выкурил?-спросил Джордж, отмахиваясь от табачного дыма, который наполнял комнату.. Его взгляд упал на пустую пачку. -Но Дэвид!Утром это была целая пачка без трех сигарет!Ты сумашедший, так нельзя! -Как ты мог так поступить со мной?Где ты был?-горько спросил Дэвид, бросая недокуренную сигарету. -Помнишь ту девочку, что подглядывала за нами?Она живет здесь недалеко, я с ней познакомился и мы пошли гулять. Я не собирался уходить надолго!-сказал Джордж виновато. -Боже мой, опять она!Слава Богу, что не полиция!-вздохнул Дэвид. -Ну что ты, конечно, нет. -сказал он и обнял своего друга. -Джордж, я не могу и не хочу держать тебя затворником. Так жить нельзя. Тебе нужно общение, я пони- маю. Но есть масса вещей, которые нельзя недооценивать. У нас могут возникнуть проблемы с полицией. Ты -ребенок, а я-взрослый мужчина, понимаешь? -Я не ребенок! -Глупенький!Во-вторых, твоих родственников нельзя недооценивать. Они в любую минуту могут разыскать и увезти тебя. В третих, я боюсь потерять тебя, я не смогу жить без тебя!Я не должен признаваться тебе в этом, но ты- самая большая любовь в моей жизни, и самое большое страдание в то же время. -Я заставляю тебя страдать?-изумился Джордж, удивленно глядя в его темные печальные глаза. -Да. Я с каждым днем все сильнее люблю тебя, и все сильнее боюсь потерять. Я одержим тобой, болен тобой, Джордж. Если ты покинешь меня, я умру. -Но я люблю тебя, Дэвид!Я полюбил тебя с первого взгляда!Мы-часть друг друга, одно целое!Неужели ты не чувствуешь?Как ты можешь думать, что я смогу оставить тебя?-сказал Джордж, усаживаясь на нго колени, лицом к нему, как Дэвид любит, и обнимая его за шею. -Пообещай мне, что такое больше не повторится!Пообещай предупреждать меня заранее, если уходишь, и возвращаться вовремя, это для меня очень важно, Джордж!-попросил Дэвид, целуя его в губы. -Обещаю!-сказал Джордж. -Спасибо, любовь моя;-поблагодарил Дэвид мальчика, чтобы закрепить в его сознании понимание того, что он дал обещание и что Дэвид верит ему. Джордж в течении всей недели много времени проводил со своей подругой-они о многом говорили. Вообще, им было просто весело. Дэвид не возражал, потому что видел, что Джордж смотрит на нее как на младшую сестренку, которой у него никогда не было. Он даже радовался, что у мальчика появилась возможность общаться. Он наблюдал в окно, как они сидят у самого края прибоя, разглядывая альбом, или гоняются друг за другом, смеясь и брызгаясь. Через две нелели они вернулись домой. Джордж соскучился по дому. В день отъезда он попрощался с Чериш, которой было очень жаль расставаться. -Когда ты вернешься? -Не знаю, Чериш. Это зависит от Дэвида. Когда он решит. Дома Джордж не разу не упоминул о ней, словно забыл. Он был целиком поглощен своими депами, и больше всего-Дэвидом. Он знал, что Дэвиду нужно только лучшее, и он старался быть лучшим во всем. Единственное, что огорчало Дэвида-это регулярные отлучки Джорджа с друзьями. Однажды он вернулся поздним вечером в компании двух своих друзей, с которыми он расстался у ворот дома. Дэвид, уставший ждать его, увидел это в окно. Он ни разу не видел этих парней, и в его душе появилось нехорошее подозрение. Джордж необычно медленно поднялся по лестице, ввалился в дверь их спальни и плюхнулся лицом вниз на кровать. Дэвид склонился над ним и повернул его лицом к себе. Джордж смеялся. Его щеки горели румянцем, глаза странно блестели, а зрачки были необычно расширенны. Дэвид не чувствовал запаха спиртного. -Что это, Джордж?-испугался Дэвид, озабоченно вглядываясь в его пылающее лицо. Но он только глупо смеялся, его прекрасные локоны разметались по подушке. -Что ты принимал?-затрес его пришедший в ужас Дэвид. -Ничего!-пробормотал Джордж. Его язык заплетался. -Не смей лгать мне!Кто дал тебе наркотик?Кто?Отвечай!Я убью его!-пришел в бешенство Дэвид. Он продолжал трясти его, но Джордж был не в состоянии разговаривать. Дэвид был в шоке. Он стащил с его ног ботинки, раздел его и уложил в постель, а сам в изнеможении опустился в кресло и закурил. Через несколько минут он вскочил к Джорджу, которого начало тошнить. Он едва успел донести его до ванной, где они просидели весь оставшийся вечер. Джорджа жестоко выворачивало, а Дэвид, суетясь вокруг него со стаканом воды, сокрушался: -Это я во всем виноват!Я испортил тебя!Ты же был таким милым, славным ребенком, Джордж!Что это было- кокаин?Героин?Валиум?Марихуана?О, Господи!Ты мог погибнуть! За окном была уже глубокая ночь. Дэвид отнес обессиленного, измученного Джорджа в постель. Он сразу же отключился. Дэвид, нежно очерчивая пальцем красивые теплые губы своего спящего юного любовника, осторожно коснулся их губами. Глядя на него, спящего, такого прекрасного, Дэвид с горечью думал, что Джордж вырастает. Он чувствовал, что начинает терять его. Каждый раз Дэвид видел, сколько взглядов притягивает к себе его мальчик, со сколькими похотливыми взглядами он успел встретиться!Даже если Джордж одевал обычную мужскую одежду. Он был до неприличия красив и изнежен. Дэвид сам создал его таким. Однажды Джордж встретил белокурого гитариста Тони у дверей студии, и начало новой группе было положено. Теперь Джордж часами пропадал где-то со своим новым приятелем, который был на четыре года старше его. Дэвид с ума сходил от ревности, потому что видел, как Тони пялился на Джорджа. И не зря он ревновал, потому что однажды он увидел их вдвоем в постели. Он знал, где искать своего мальчика, который пропадал вторую ночь подряд. Дэвид приехал в квартиру Тони, чей адрес он заранее предусмотрительно узнал у Джорджа. Дэвид с бешенно колотящимся сердцем медленно поднялся по лестнице и замер у двери, которая была даже не заперта. Он толкнул ее и увидел Джорджа, спящего в объятиях Тони. Он сразу понял, чем они занимались. Это был удар ниже пояса. Его сердце было разбито. Дэвид сел в машину и уехал. Ему невыносимо было видеть своего любимого в объятиях другого мужчины. Они оба были напичканы кокаином, это был второй раз в жизни Джорджа, когда он принимал наркотик. Тони предложил ему кокаин, а потом затащил его в постель, когда Джордж уже ничего не соображал. Джордж сделал непоправимую ошибку, согласившись принять дозу. Ког да он проснулся утром, он пришел в ужас, но было уже поздно. Он никак не мог смириться с мыслью, что изменил своему Дэвиду. Джордж молниеносно оделся и хотел бежать домой, когда заметил, что дверь все это время была открыта. У самой двери он увидел знакомый до боли окурок, и в ужасе опустился на ступеньки лестницы, пряча горящее лицо в ладони. Его глаза застилали жгучий стыд и внезапно нахлынувшие слезы. Он просто не мог решиться идти домой. Джордж вернулся только следующей ночью, и, поднявшись в их спальню, он увидел бурную постельную сцену- Дэвид занимался любовью с каким-то незнакомым парнем. Внезапно их глаза встретились, и Джордж бросился бежать вниз по лестнице, прочь от увиденного, громом обрушившегося на него. "Это- расплата за измену!"-понял он. Он был оглушен и уничтожен, как и Дэвид в ту ночь. Он убегал в ночь, сам не зная, куда. "Теперь Джордж увидел то, что заслуживал увидеть. "-пронеслось в голове Дэвида. Но он не смог выдержать этого, он все еще безумно любил Джорджа, и бросился догонять его, на бегу одеваясь. Он прыгнул в свой Линкольн и завел мотор. Его сердце разрывалось от боли, которую причинил ему Джордж своей изменой, но сейчас ее затмил страх-страх за то, что с Джорджем что-нибудь случится, страх, что эта ночь- конец их любви. Он исколесил весь город, но так и не нашел его. И он ездил до утра, тупо вращая руль, пока у него не кончился бензин на одном их пустынных шоссе. Дэвид бросил машину и побрел пешком до самого дома, сходя с ума от горя. Он уже простил Джорджа, и был уверен, что сейчас умрет, если не почувствует его в своих объятиях. Он чувствовал себя, как водолаз, у которого кончается воздух, и который обречен на гибель. Джордж был его кислородом. Вот уже четыре дня они спят в разных постелях, в разных домах... Дэвид шел по трассе, и ему дико сигналили проносящиеся мимо на огромной скорости машины. -Эй, сумашедший!-донеслось до него, но Дэвиду было все равно. Он кое-как добрался до дома, и несколько дней пил, пил и пил. Курил, курил и курил. Он, не раздеваясь, спал на диване в гостинной, потому что не мог заходить в спальню, где повсюду были разбросаны вещи Джорджа, листы со строчками, написанными его почерком. Через неделю Дэвид понял-все, конец. Джордж не вернется. Он приезжал на злосчастную квартиру каждый день в надежде уговорить Джорджа вернуться, но он там не появлялся. Впрочем, как и Тони- оказалось, что эта дыра была даже не его квартирой. Дэвид был в отчаянии. Только спустя полтора месяца Дэвид застал там Джорджа. Он сидел на полу, облакотившись на стену, и что-то сосредоточенно писал на листе бумаги. Кругом стояли упакованные сумки и чемоданы. У Дэвида екнуло сердце. Джордж поднял свои печальные прекрасные голубые глаза на боящегося дышать Дэвида. -Здравствуй, Дэвид. -сказал он, откладывая в сторону лист и ручку. Дэвид опустился на пол рядом с ним. -Джордж, любовь моя... Я приехал за тобой, поехали домой, я не могу без тебя!-взмолился Дэвид, не решаясь даже коснуться его. -Нет, Дэвид. Я не могу;-возразил Джордж, опуская глаза. -Ты больше не хочешь быть со мной?Ты не любишь меня?-горько спросил Дэвид. -Я всегда буду любить тебя, ты же знаешь... -тихо ответил он. -Я тоже, Джорджи!Что же нам мешает?Это был жестокий урок для нас обоих. Но он позади!-голос Дэвида дрожал, как и его руки. Первый раз Джордж видел, как Дэвид плачет. Джордж опустил глаза. -Прости меня, Дэвид, я не понимал, что делаю. Я в ту ночь употреблял кокаин. Я все разрушил. Я ненавижу Тони за то, что он сделал со мной. Но я сам во всем виноват. Я должен был хотя бы единственный раз в жизни быть мужчиной. Я знаю, ты видел нас. Иначе бы ты не привел на мое место другого. -грустно сказал Джордж. -На твое место?!О Боже!Джорджи, ты сумашедший!Я умираю по тебе, какой другой?!Я сплю на диване в гостинной, потому что в нашей спальне твои вещи, там постель, на которой мы каждую ночь занимались любовью, которая еще хранит твой запах... Дэвид совершенно потерял над собой контроль-он плакал, как ребенок, спрятав лицо в ладонях, забыв, какой он сильный, мужественный и стойкий. -Я уезжаю, Дэвид. Так будет лучше для нас обоих. -виновато сказал Джордж;-Я сейчас позвоню и распо- ряжусь, чтобы мои вещи убрали из на.. твоего дома, и перевезли в эту квартиру. Когда тебе станет легче, ты решишь, как ими распорядиться. Прости меня. -сказал Джордж. В эту минуту за окном послышались два настойчивых машинных гудка. -Это за мной!-сказал Джордж. -Мне пора. Прощай, Дэвид. -он осторожно коснулся пальцев Дэвида, и, подняв его лицо, и поцеловал в губы. Дэвид обхватил его, сходя с ума от горя и отчаяния, не в силах разжать объятий, потому боялся, что в этот раз они разомкнутся навсегда. Джордж мягко высвободился, встал, и, последий раз посмотрев на плачущего Дэвида, взял свои чемоданы и пошел к машине. Дэвид знал, куда он уезжает. Он никогда еще не чувствовал себя таким несчастным и беспомощным, и не мог понять, как позволил Джорджу уйти. Дэвид вернулся домой, и много недель не переставая пил и курил, пытаясь хоть как-то заглушить свою боль и горе. Шли недели, месяцы, но ничего не менялось. Джордж страдал не меньше. Он просто умирал по Дэвиду, умирал без его глаз, улыбки, поцелуев и объятий, и порой готов был броситься обратно в Англию, к Дэвиду, но в его сознании с фотографической точностью всплывала картина, которую он увидел в ту злосчастную ночь.. Джордж не мог простить ни себя, ни Дэвида. Он понимал, что сам все уничтожилю Прежде всего он винил в случившемся себя. Эти мысли приходили к нему постоянно, но к ним еще примешивались боль, тоска, обида и еще бог знает что. Но чем больше времени проходило, тем больше Дэвид понимал, что не может без Джорджа. И однажды он собрался, взял билет на самолет и отправился за Джорджем с твердым намерением, что без него не вернется. Дэвид буквально бежал по незнакомым улицам чужого города, и молился про себя, чтобы только разыскать Джорджа. Он поймал такси, и водитель без проблем отвез его по указанному адресу. Дэвид дрожащим пальцем надавил кнопку звонка, и через несколько мгновений дверь распахнулась. В дверях стоял его Джордж, босой, в одних домашних шортах и рубашке нараспашку;его прекрасные голубые глаза широко раскрылись от удивления и неожиданности. Дэвид решительно шагнул внутрь, квартиры, потеснив Джорджа, захлопнул за собой дверь и буквально набросился на него, сжав в своих обьятия и жадно впиваясь губами в его губы. У Джорджа почва ушла из-под ног, он не мог произнести ни слова. Одежда летела в стороны, Дэвид шел прямо на Джорджа, не размыкая поцелуй, пока они не упали на широкую постель. Дэвид сорвал с Джорджа остатки одежды, и теперь он лежал перед ним совершенно обнаженный, ослепительно прекрасный и дрожащий от возбуждения. -Ты мой, Джорджи. Ты такой сладкий... Я так хочу заняться любовью с тобой, я мечтал об этом все это время!-прошептал Дэвид и начал жадно осыпать поцелуями его тело, ласкать губами и языком его лицо, шею, грудь, соски, упругий живот, ноги... Джордж едва нашел в себе силы выдохнуть: -О, так хочу тебя Дэвид!Люби меня, люби, люби... Дэвид ласкал губами и языком нежную ароматную кожу, спускаясь ниже и ниже, буквально пожирая его губами. Джордж уже не помнил себя от возбуждения и мог лишь вздрагивать и стонать, когда рот Дэвида дошел до его фаллоса и взял его губами. Он держал его одной рукой, проводил по нему языком и захватывал целиком. Джордж был на грани оргазма, когда, сгорая от возбуждения, он мягко высвободился и прошептал:-Позволь мне тоже сделать это стобой! -Да, любовь моя!-ответил Дэвид, откидываясь на подушки. Джордж склонился над горящей плотью Дэвида, коснулся его пениса кончиком языка и поцеловал его. Джордж почувствовал, как по телу Дэвида прошел электрический ток. Тогда он взял возбужденный член Дэвида в рот целиком и начал ласкать его языком, ощущая его толчки и наслаждаясь этим волшебным эротическим ощущением. Но Дэвид не дал ему закончить-он перевернул Джорджа и очень осторожно и медленно вошел в него сзади. Сначала его движения были очень медленными, но ритм быстро нарастал, и так же быстро нарастало возбуждение. Дэвид взял одной рукой фаллос Джорджа и начал ласкать его и не прерывая собственных толчков, ритм и глубина которых все нарастали, пока они не погрузились в длительный и мощный оргазм, содрогающий их сплетенные тела. -Боже, это прекрасно!-простонал Джордж. -Восхитительно, любовь моя-улыбнулся он, сжимая в объятиях своего юного любовника. -Боже, что ты делаешь со мной, Дэвид.... -прошептал Джордж, постепенно приходя в себя. -Люблю тебя... -прошептал Дэвид, страстно целуя его губы и нежно очерчивая их пальцем;-Мы возвращаемся домой, Джорджи. Я больше не могу без тебя. -Я тоже, любимый!-ответил Джордж, обвивая руками его шею и глядя своими аквамариновыми глазами в прекрасные черные глаза Дэвида. - Я опять хочу тебя, Дэвид!-смущенно прошептал Джордж. -О, дорогой мой!-обрадовался Дэвид;-Я так изголодался по тебе!-они опять занялись любовью и едва успели одеться и доехать до аэропорта, чтобы следующим же рейсом вернуться домой. Вечером их ждал роскошный ужин в ресторане и сказочная ночь любви, после которой они погрузились в глубокий счастливый сон, не разжимая объятий. В один из теплых солнечных апрельских дней, спустя несколько недель после примирения они сидели за столиком открытого кафе и пили молочный коктейль, обсуждая две новые группы, которые Дэвид собирался продюссировать. Джордж выглядел очаровательно- на свежем воздухе его щеки покрыл легкий румянец; а прекрасные длинные локоны шевелил прогретый солнцем ветер. Вокруг не было никого, кроме влюбленной парочки за дальним столиком и пары безразличных официантов, и Дэвид, притянув к себе Джорджа, нежно поцеловал его в губы. Вдруг он спиной ощутил чей-то пристальный взгляд; и, обернувшись, встретился глазами с незнакомым мужчиной лет сорока пяти, стоящим в десяти шагах от них. Его широко раскрытые ярко-голубые глаза горели гневом и лютой ненавистью. Джордж обернулся, чтобы увидеть то, что привлекло внимание Дэвида, и замер от неожиданности. Мужчина не сказав ни слова, повернулся и быстро пошел, а затем побежал к машине, которая немедленно отъехала. Пораженный Джордж все еще не мог найти слов, когда уже пришедший в себя после шока Дэвид принялся трясти его : -Джордж, кто этот человек? Ответь мне, ты знаешь его?Малыш, этот человек опасен, ты должен немедленно сказать мне, кто он! -Отец. Это мой отец, Дэвид!-вымолвил наконец насмерть перепуганный Джордж. -Нам нужно убираться отсюда, дорогой мой. Пойдем!-сказал Дэвид, хватая его за руку и на ходу бросая на стол купюру. Дэвид завел машину и задумчиво сказал: -Я просто не понимаю его. Он не закричал, не набросился, он только с одному дьяволу известной злобой молча глазел на нас... -Господи, Дэвид, как он нашел нас?-испуганно спросил Джордж. -Частный детектив... Все очень просто. В конце-концов, мы же живем в одном городе!-ответил Дэвид, тормозя у светофора. -Что-то здесь не так, он что-то задумал;что ты думаешь об этом, малыш? -Не знаю, Дэвид... -ответил Джордж и положил голову на его плечо, замирая от страха. Отец никогда раньше себя так не вел. Эта странная, пугающая встреча лишила всякого покоя Дэвида, который кожей чувствовал опасность, исходящую от этого человека, и напряженно ждал его возвращения. И через несколько дней он вернулся. Снова возникнув из ниоткуда, на этот раз он стоял у ворот их дома, и в его глазах была все та же злобная ненависть. Он опять молча сел в машину и уехал. С ужасом наблюдая за этой сценой, Дэвид сказал: -Завтра мы уезжаем, дорогой. -Куда?-безразлично спросил Джордж, провожая глазами красный Порше отца. -Куда? Все равно, куда, лишь бы подальше отсюда. В Италию, например. Да, мы едем в Италию. -решил Дэвид и, вздохнув, ласково провел рукой по волосам своего юного любовника. -Иди, собирай вещи, Джордж. Ранним пасмурным утром за ними приехало такси. Джордж молча наблюдал в окно за тем, как Дэвид торопливо загружает в машину вещи. Какой же он все-таки славный!-подумал Джордж. Ему не хотелось уезжать. Весна совсем уже вступила в свои права, и после первой грозы станет совсем тепло. Подернутое белой дымкой небо, по которому быстро неслись серые, тяжелые облака, обещало скорый дождь. Поросшие молодой свежей листвой старые вязы плавно качались- опять в них запутался какой-то юный шаловливый ветерок. Джордж так любит ночью прислушиваться, как они тихонько шелестят, перешепты- ваясь между собой. И это окно Джордж тоже любит- из него так хорошо видна старая башня с часами, что иногда даже можно разобрать, сколько время, если хорошо приглядеться. А еще он сидит на этом окне, когда Дэвид должен вот-вот вернуться; ему нравится смотреть, как подъезжает, выходит из машины и спешит домой его любимый Дэвид, такой красивый и сильный. Он всегда смотрит на окно и улыбается, увидев Джорджа; и как только заходит, сразу же целует его. -Джордж!Нам пора, любовь моя, пойдем!-позвал его Дэвид. Он стоял в дверях, облакотившись плечом, и смотрел на него своими темно-карими добрыми глазами. -Сейчас. -сказал Джордж, не сводя с него своих огромных, грустных, восхитительных голубых глаз. -Хорошо. Присядем на дорогу;-сказал Дэвид, сел на корточки и облакотился на дверь. -Я люблю тебя, Дэвид. -сказал Джордж. -Я тоже люблю тебя, мальчик мой. Скоро все будет позади, мы уедем отсюда, и все будет хорошо, поверь мне; -сказал Дэвид. Его сердце кровью обливалось от всего этого, но он улыбнулся Джорджу и решительно сказал: -Ну все, идем!Нам пора, дорогой. Они вышли во двор, сели в машину и поехали в аэропорт. Их самолет вылетал через час. А спустя двадцаць минут к дому подъехала другая машина. Эллиот остановил машину у ворот и прошел по аккуратной вымощенной булыжниками дорожке к дому. Остановившись у двери и сделав глубокий вздох, он позвонил. Никто не отзывался. Он позвонил еще и еще; но высунувшаяся из окна дома нап- ротив старушка пропищала своим дребезжащим старческим голосом, что мистер Ливингстон уехал с упакованным багажом двадцать минут назад. В голове Эллиота промелькнула мысль, что если он сейчас не догонит машину, то у него, возможно, навсегда упустит свой шанс... Он быстро сел в машину и помчался догонять автомобиль, в котором ненавистный подонок увозил его сына. Рискуя быть оштрафованным за превышение скорости и нарушение правил, он игнориро- вал светофоры и обганял машины, пока, наконец, его взгляд не засек нужную марку. Нет, не она... Снова прибавить скорость!Дэвид и Джордж были уже на месте и ожидали посадку на самолет. Багаж был сдан, оставалось только ждать. Он ласково посмотрел на Джорджа, который стоял, прижавшись головой к его плечу. "Ждать, ждать... "-Медленно ухало сердце Дэвида, гоня горячую, тяжелую, словно загустевшую кровь по его напряженным жилам. Он крепко сжимал теплую мягкую руку Джорджа своей влажной, отчего-то холодной рукой. -Джорджи... -зачем-то позвал он. ;на что Джордж с готовностью вскинул голову. Дэвид, забыв, что кругом люди, приподнял его подбородок и нежно коснулся его губ своими, срывая быстрый горячий поцелуй, который тут же разомкнулся. Время словно замедлило свой ход-движущиеся, снующие по залу люди, сдающие в таможню багажи, охранники, грузчики, катящие свои загруженные тележки-все застывало в воздухе, сливаясь в какую-то замедленно движущуюся массу, звуки превратились в приглушенный монотонный гул. Воцарившийся хаос прорезал голос динамика, приглашая пассажиров рейса на Венецию пройти на посадку. -Пойдем, дорогой мой, это наш;-сказал оживленно Дэвид, направляясь на посадочную площадку.. Эти мгновения были похожи на замедленные кадры кинофильма; он и не думал, что подобное можно испытать в реальной жизни. Они уже шли к трапу самолета;Дэвид ни на секунду не выпускал из рук теплую ладошку Джорджа, когда где-то сзади послышался шум. Дэвид и Джордж одновременно обернулись-на встречу им бежал тот самый мужчина, Эллиот, с искаженным от гнева и ненависти лицом, метрах в двадцати от них, с пистолетом в руке, нелепо зависая в воздухе. Его пыталась схватить группа охранников, но он яростно отмахивался кулаками и все приближался. Вот он прицелился и выстрелил, и воздух прорезал оглушительный грохот; пуля вылетела, замерзая в воздухе, потом еще выстрел, и еще... Но что это? Рука Джорджа слабеет, он, бледный, как смерть, согнувшись, опускается на мокрый асфальт. Все, все остановилось- замерли звуки, искаженные ужасом лица людей, на глазах которых только что разыгралась трагедия. Подоспевшие на помощь полицейские хватают обезумевшего от ужаса Эллиота, заламывая ему руки и надевая наручники. -Пустите меня, пустите, твари, там мой сын!Джордж!Этот подонок совратил моего сына! -Ты убил своего сына, сволочь!-сказал один из полицейских. -О Боже, нет! Боже!!! Пошли мне смерть!Я целился в этого извращенца!-стенал папаша. Но Дэвид не слышал этих голосов. Он вообще ничего не слышал, пребывая в какой-то другой реальности, где не существует отсчета времени. Он сидел на асфальте, прижимая к сердцу своего малыша, и слезы в его груди, и крик замерли... Джорджи... Его огромные голубые глаза были широко раскрыты, на длинных черных ресницах замерли слезы-или это были капли дождя, который вдруг стеной обрушился не этот грешный мир и его несчастных обитателей?Он был совершенно бледен- ни кровинки в его прекрасном нежном полудетском лице. Дэвид осторожно взял его изиащную, еще теплую руку, которую Джордж прижимал к животу-под ней зияла зловещая смертельная дыра;вся одежда была залита кровью-так вот где она вся. "О, мой малыш!Не покидай меня!Я чувствую, как из моего тела тоже утекает жизнь-мы ведь одно целое!"-пронеслось у него в голове. Дэвид увидел, как в уголке его нежных губ побежала густая алая струйка. "Все кончено. Мир рушится. Все рушится. Я умираю!"Мысли молниями мелькали в его мозгу. "Я всегда знал, что однажды ты покинешь меня, Джорджи. Ты был слишком прекрасным, слишком совершеным созданием, чтобы жить в этом проклятом грязном мире. Прости меня за то, что я не смог сберечь тебя, мой маленький!Я пообещал тебе, что мы никогда не расстанемся, и не смог сдержать своего обещания. Сможешь ли ты простить меня? Я и сам не могу простить себя. Но я всегда буду любить тебя так, как еще никто не любил на этой земле. Ты всегда будешь частью меня, а я-частью тебя... " Как в каком-то зловещем леденящем душу кошмарном сне он нежно поцеловал еще теплые губы своего малыша и закрыл ему глаза, укачивая, как младенца. Только в эту доля секунды он осознал, что Джордж мертв. -Не-е-ет!!!Джорджи!!!Нет!!!-закричал он изо всех сил, срывая горло. Осторожно опустив его на землю, он вскочил и, выхватив пистолет, что есть сил побежал к толпе еще не успевших отойти от шока свидетелей трагедии, грудью прорывая тяжелую ледяную стену дождя. За беспросветной пеленой обрушившегося горя он не видел ничего, кроме мигающих сирен и синих униформ полицейских, которые удерживали преступника. В три прышка он преодолел последние метры, отшвырнув прочь пытаюшихся остановить его охранников, и открыл огонь по убийце. Он выпустил восемь пуль с десяти метров, мгновенно уложив убийцу и двух сопровождавших его полицейских. Сделав дело, он бросил пистолет и поднял окровавленные руки, едва не теряя сознание от пережитого.
      ***
      Вот и все. Джордж умер мгновенно. Ему было всего семнадцать... Дэвида Ливингстона обвинили в убийстве трех человек и совращении несовершеннолетнего. Он не сказал ни одного слова в свое оправдание. Он больше вообще никому ничего не сказал, ему просто больше нечего было сказать этому миру. В нем теперь не было Джорджа. При аресте и на суде он отказался от адваката и согласился со всеми обвинениями, за что и был приговорен к газовой камере. В день казни он был поразительно спокоен, и словно светился изнутри какой-то одному ему понятной умиротворенной тихой радостью, наводя ужас на окружающих своим странным состоянием и абсолютным безразличием к собственной судьбе. 25 июля 1984 года он был казнен в газовой камере.


Оцените этот рассказ о сексе:        
Опубликуйте свой рассказ о сексе на нашем сайте!


Прокомментируйте этот рассказ:
Имя/псевдоним:
Комментарий:
Комментарии читателей рассказа:

Читайте в разделе Фантазии:
... тати, жену в попку то пробовал?
     - Нет...- голос свой я слышал как будто со стороны.
     - Зря. Впрочем, сейчас Алишер с ребятами ее подготовят, тебе не так узко будет.
     - Развяжи меня. Все что хочешь, только останови изнасилование моей жены.
     - Хорошо, - неожиданно быстро согласилась насильница. - Все что хочу, значит. Ага. Ну тогда так - глубокий куннилингус, потом дерешь меня сзади в обе дырки по очереди. Потом делаешь то же еще с двумя девочками. А я спасаю девственность попки твоей жены. Ал... [ читать дальше ]
Сайт Sex.PornoText.ru не несет ответственности за содержание размещенных текстов, все права на размещаемые материалы принадлежат их авторам.